Второй мир, полупериферия и Государство-Цивилизация в Теории Многополярного Мира. Вторая часть.

23.11.2022

Полупериферия

Теперь обратимся к иной теории – к «мир-системному анализу», построенному Иммануилом Валлерстайном[1]. Иммануил Валлерстайн, представитель марксисткой школы Международных Отношений (прежде всего в  ее  троцкистском толковании), опираясь на учение «о большой длительности» (Ф.Бродель[2]) и латиноамериканских теоретиков структурной экономики (Р. Пребиш[3], С.Фуртаду[4]), разработал модель районирования мира по уровню развития капитализма. Такое видение представляет собой развитие идей Владимира Ленина об империализме[5] как высшей стадии развития капитализма, согласно которому капиталистическая система  естественным образом тяготеет к тому, чтобы быть глобальной и распространить свое влияние на все человечество. Колониальные войны между собой развитых держав есть лишь начальный этап. Капитализм постепенно осознает единство своих наднациональных целей и образует ядро Мирового Правительства. Этому полностью соответствует либеральная теория Международных Отношений, где явление «империализма», осмысленное марксистами критически, описано в апологетических тонах – как цель «глобального общества», One World.

Географическим выражением теории мир-системы является выделение трех слоев[6].

Центр, ядро (core) или «Богатый Север» образуют зону наивысшего развития капитализма. Ядру соответствует регион Северной Америки и Западной Европы, то есть атлантизм и соответствующая ему западно-европейская цивилизация, чей полюс в ХХ веке сместился в США. Ядро мир-системы Валлерстайна совпадает с «первым миром».

Вокруг ядра расположено первое кольцо, которое в теории Валлерстайна называется «полупериферией». К нему относятся страны, уступающие ядру в уровне развития, но отчаянно стремящиеся догнать то, что видят в качестве образца. Страны полупериферии также являются капиталистическими, но подстраивают модели капитализма под свои национальные особенности. В них как правило складываются режимы типа «цезаризма» (по номенклатуре А.Грамши[7]), то есть либеральная гегемония принимается лишь частично – прежде всего в экономике, технологиях и моделях индустриализации, тогда как в политической системе, в культуре и общественном самосознании продолжают доминировать локальные модели, соответствующие докапиталистическим или некапиталистическим образцам.

К полупериферии у Валлерстайна относятся наиболее развитые страны Латинской Америки – прежде всего Бразилия, Индия, Китай и Россия. Иными, словами мы снова получаем приблизительно страны клуба БРИК или БРИКС, то есть «второй мир».

Периферии же у Валлерстайна соответствует то, что изначально понималось под «третьим миром» с теми же основными характеристиками – неразвитость, отсталость, неэффективность, архаичность, неконкурентоспособность, коррупция  и т.д. Это называется также «бедным Югом».

Далее в теории мир-систем у Валлерстайна следует утверждение о основном тренде развития. Оно проистекает из марксистской веры в прогресс и смену экономических формаций. Это означает, что между ядром, полупериферией и периферией существуют не только пространственные, но и исторические, темпоральные отношения.

Периферия соответствует прошлому, архаическому докапиталистическому укладу.

Ядро олицетворяет всеобщее всечеловеческое будущее, глобальный капитализм (отсюда глобализация).

А полупериферия – это зона, в которой должно произойти разложение на то, что отойдет к ядру, и то, что рухнет в периферию. По Валлерстайну, полупериферия – это не альтернатива капитализму, но лишь его запаздывающая стадия. Это отложенное будущее. Поэтому самого Валлерстайна полупериферия не особенно интересовала, он отслеживал в ней лишь те тенденции, которые подтверждали расщепление таких обществ на глобалистскую либеральную элиту и одичавшие все более архаизирующиеся и пролетаризирующиеся массы. Валлерстайн предсказывал, что полупериферия скоро распадется на ядро и на периферию и перестанет существовать.

После исчезновения полупериферии весь мир станет глобальным: богатый Север напрямую будут взаимодействовать с бедным Югом, где снова элиты включатся в  ядро, а массы, перемешавшись с массами остальных зон в ходе глобальной миграции, станут мировым интернациональным пролетариатом. Вот тогда-то и начнется предсказанная Марксом пролетарская революция, кризис мировой капиталистической системы и позднее коммунизм. Причем это должно произойти только после завершения процесса капиталистической глобализации, а значит, после упразднения полупериферии. Будучи троцкистом и антисталинистом, Валлерстайн считал, что социализм нельзя построить в отдельной стране – ни в СССР, ни в Китае, это будет лишь откладыванием глобализации, а значит, и последующей за ней Мировой Революции. Как Маркс и Энгельс в своем «Манифесте коммунистической партии»[8] подчеркивали, что пока буржуазия борется со средневековыми институтами, коммунисты должны ее поддерживать, и лишь потом после успеха буржуазных революций вступить с капиталистами в прямое столкновение, так и Валлерстайн и большинство культурных марксистов и современных левых выступают за глобализацию против сохранения суверенитета отдельными державами, чтобы лишь потом – после тотальной победы либералов и глобалистов – начать с ними решающую схватку. Поэтому свое учение они называют не антиглобализмом, а альтерглобализмом, выдвигая проекты не анти-либерализма, а пост-либерализма[9].

Многополярное прочтение полуперфирии

В контексте многополярного мира мир-система Валлерстайна как законченное целое представляет собой, скорее, антитезу. Многополярность совершенно иначе видит само явление полупериферии. Это не просто временное состояние отсталых обществ, еще не включенных в ядро, а возможность альтернативного хода истории, который отвергает универсальность капитализма и либеральной глобализации, отказывает  ядру в праве быть синонимом будущего и примером общечеловеческой судьбы. Полупериферия берется здесь не как промежуточное явление между ядром и периферией, а как самостоятельное сочетание глубинной цивилизационной идентичности, остающейся неизменной, и процесса модернизации. Хантингтон[10], говоривший о столкновении цивилизаций, которое должно прийти на смену двухполюсному миру, использовал выражение «модернизация без вестернизация». Это осознанная стратегия элит полупериферии, которые делают выбор в пользу того, чтобы не интегрироваться в глобальные элиты ядра, но остаться правящим классом в цивилизационном контексте полупериферии. Именно это мы видим в Китае, исламских странах, отчасти в России.

Концепция полупериферии, оторванная от марксистско-троцкистского контекста теории мир-системы, оказывается тождественной «второму миру». Это позволяет точнее и детальнее сосредоточиться на векторах отношений стран полупериферии (БРИКС) со странами ядра и со странами чистой периферии.

Сложив потенциал стран полупериферии и учредив интеллектуальный диалог между элитами, осознанно принявшими решение не интегрироваться в ядро глобального либерального капитализма, мы получаем проект по своим ресурсам сопоставимый и даже превышающий совокупный потенциал ядра («первого мира»), но имеющий совершенно иной вектор развития. В интеллектуальном смысле полупериферия выступает здесь не как территория «запаздывающего будущего», но как зона свободного выбора, которая может в любой момент суверенно комбинировать элементы «будущего» и «прошлого» в любой пропорции. Для этого необходимо лишь отказаться от либеральной и марксистской догматики линейного времени и социально-технического прогресса. Но это не так сложно сделать, как кажется, поскольку и конфуцианская, и исламская, и православная, и католическая, и индуистская теория времени не знают догмы прогресса, и видят то будущее, на котором настаивают капиталисты и марксисты чисто негативно, как эсхатологический апокалиптический сценарий, либо имеют на его счет совершенно иное представление.

Полупериферия («второй мир») в таком случае перестает быть промежуточной стадией и серой зоной между «прогрессом» и «дикостью», «цивилизацией» и «архаикой», но утверждает себя как поле суверенных цивилизаций, сами устанавливающих базовые критерии, нормы и меры – в отношении природы человека, Бога, бессмертия, времени, души, религии, пола, семьи, общества, справедливости, развития и т.д.

Само ядро в таком случае теряет статус общечеловеческой цели и становится лишь одной цивилизацией среди других. «Второй мир» утверждает: все есть полупериферия, откуда можно идти как в сторону ядра, так и в сторону периферии. И сами страны ядра не абстрактный пример общечеловеческого будущего, а лишь один из регионов человечества, одна их провинций, сделавшая свой выбор, но этот выбор должен остаться внутри ее границ.


[1] Wallerstein I. The Modern World-System: Capitalist Agriculture and the Emergence of the European World Economy in the Sixteenth Century. New York: Academic Press, 1976

[2] Braudel F. Le Temps du Monde. Paris: Armand Colin, 1979.

[3] Prebisch R. Capitalismo periférico. Crisis y transformación, Santiago de Chile: CEPAL,1981.

[4] Furtado C. Desenvolvimento e subdesenvolvimento. Rio de Janeiro: Fundo de Cultura, 1961.

[5] Ленин В.И. Империализм, как высшая стадия капитализма. Популярный очерк/ Ленин В.И. Полное собрание сочинений. 5-издание. Т. 27. М.: Политиздат, 1969.

[6] Wallerstein I. World-Systems Analysis: An Introduction. Durham, North Carolina: Duke University Press. 2004.   

[7] Грамши А. Избранные произведения: Т. 1—3. — М.: Изд. иностранной литературы, 1957—1959.

[8] Маркс К., Энгельс Ф. Манифест коммунистической партии/ Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 4. М.: государственное издательство политической литературы, 1955.

[9] Wallerstein I. After Liberalism. New York: New Press, 1995.

[10] Huntington S. The Clash of Civilizations and the Remaking of World Order. New York : Simon & Schuster, 1996.