Латиноамериканские страны перестали быть задним двором США

21.04.2016

Борис Мартынов: Мне кажется, латиноамериканские страны уже давно перестали быть задним двором Соединенных Штатов.

- Чем же они стали?

Борис Мартынов: Это абсолютно самостоятельные суверенные государства, которые преследуют на международной арене свои интересы. В этом плане интерес Бразилии к БРИКС постоянен. И даже если американцы рассчитывают навести там порядок, убрать правительство, ПТ – скорее всего, наверное, оно уйдет, к этому нужно быть готовыми, это вполне ожидаемое событие, – никто не может предположить, что Бразилия вернется под руку Соединенных Штатов. Она оттуда давно уже ушла, возвращаться не собирается, это седьмая экономика мира с собственными интересами. Я хочу напомнить, что идея БРИКС зародилась в недрах партии ПСДБ, еще при правительстве Фернанду Энрики Кардозу, когда стали говорить о необходимости сотрудничества стран-гигантов.

В этом плане, мне кажется, внешняя политика Бразилии может претерпеть некоторую аберрацию, потерять свою былую активность, поскольку внутренние проблемы будут занимать большую часть ее политической программы. Но Бразилия при любой эвентуальности не откажется от БРИКС, это ее пропуск в большую глобальную политику, она ни в коем случае не выйдет из «Большой двадцатки» и не переметнется к Соединенным Штатам. Сервильной политика Бразилии не будет никогда.

- Давайте вспомним Доктрину Монро. Это послание к Конгрессу президента США Джеймса Монро 2 декабря 1823 года, три основных положения, выдававшиеся за принципы внешней политики США: невмешательство американских государств во внутренние дела Европы, невмешательство европейских государств во внутренние дела Америки, решимость препятствовать всем попыткам европейских государств покушаться на независимость американских государств путем их колонизации. Как это все можно прокомментировать?

Борис Мартынов: Комментариев к этому может быть очень много. Дело в том, что латиноамериканские страны ведь так и не подписали никакого официального документа, где бы они обязались следовать положениям Доктрины Монро, хотя был вариант – 1910 год, IV Панамериканская конференция в Буэнос-Айресе, и кстати Бразилия возглавила тех, кто коллективно отверг этот посыл США. 

Латиноамериканские страны в течение всей истории XX века показывали яркие примеры отстаивания своего суверенитета. Даже в 1947 году, когда, казалось, был принят Межамериканский договор о взаимной помощи, предтеча НАТО, но как американцы ни старались, создать единые общие вооруженные силы в рамках Межамериканского договора под своей эгидой они так и не смогли. 

- Получается, что они все-таки успешно отстаивают свою идентичность, отдельную от североамериканской. Как нам с ними работать? Что делать России с этим своим союзником в борьбе с гегемоном, с однополярным миром?

Борис Мартынов: Нам нужно научиться понимать латиноамериканцев, принимать их такими, какие они есть, и оценивать тот вклад, который они могут внести в развитие идеи многополярного мира. Практически все латиноамериканские страны выступают в пользу создания многополярного, многоцивилизационного мира, в котором латиноамериканская цивилизация занимала бы предназначенное ей место. В этом плане одним из направлений нашего сотрудничества будет не столько экономическое, хотя это очень важно, сколько все-таки политическое, учитывая ту нестабильность, которая есть сегодня в мире, учитывая то, что отношение к международному праву великих держав – прежде всего Соединенных Штатов – оставляет желать лучшего, а отношение к международному праву латиноамериканских стран, наоборот, всегда было подчеркнуто уважительным. И в этом плане они являются нашими естественными союзниками. 

- Мы уделяем сейчас достаточно внимания нашим естественным союзникам?

Борис Мартынов: Хотелось бы, чтобы уделяли немножко побольше. Наверное, есть прогресс, но мы с трудом открываем для себя эти новые пространства.

- Слишком далеко. Это как какая-нибудь Прибалтика или Польша для американцев. Для нас они рядом, а для них – что-то свое, союзник, но далеко. И нам кажется, что это очень далеко, но Бразилия же нам очень близка. Даже если изучить Ваши труды, можно прийти к выводу, что это такая Латиноамериканская Россия, огромная территория, огромный потенциал, ресурсы, вода…

Борис Мартынов: Фернанду Энрики Кардозу назвал Бразилию «тропической Россией». Действительно, мы занимаем первое и второе место по запасам пресной воды. Мы две единственные, пожалуй, самодостаточные страны в плане обеспеченности природными ресурсами, мы очень близки по всем показателям экономического развития, мы очень близки по складу характера, эмоционально, у нас одинаковый юмор, у нас очень много общего. 

Китай ведь тоже далеко от Латинской Америки, однако его латиноамериканская политика гораздо более активная, чем наша на этом направлении. Слава Богу, мы хотя бы приподняли Латинскую Америку с последнего места нашей Концепции внешней политики 2013 года. Сейчас она на предпоследнем, после Африки.

- Какие из наших последних инициатив, проектов можно отнести к положительным на этом направлении?

Борис Мартынов: Экономические, политические, военные… У нас по всем направлениям есть новые инициативы: строительство атомной станции в Аргентине, продолжение сотрудничества в строительстве ГЭС, мы очень заинтересованы в продаже в Латинскую Америку современных вооружений, они тоже в этом заинтересованы, поскольку они начинают более предметно заботиться о своей безопасности.

 

- Борис Федорович, я Вас благодарю. Можно добавить только одно: Латинская Америка – наше (кто бы там что ни говорил) очень важное направление. Ждите, латиноамериканцы, мы идем. Русские уже близко!