Восстание последних: как Россия видит будущий мировой порядок

26.09.2022
Россия ищет нового политического лидера в западном мире, который не поддерживает статус-кво, способный изолировать Россию от капитала и технологий, необходимых ей для обеспечения безопасности и процветания в долгосрочной перспективе.

Геополитическое прогнозирование — несовершенное искусство. На протяжении всей «холодной войны» Советы до самого конца уверенно утверждали, что силы социализма возобладают над декадентской и коррумпированной капиталистической моделью. Казалось, что «соотношение сил» всегда менялось в их сторону, пока не стало противоположным. Со своей стороны, американские лидеры были уверены, что если Вьетнам станет коммунистическим, это может положить конец распространению демократии в регионе и во всем мире. Даже когда существует необычайная ясность в отношении сил, формирующих геополитику, правильный вывод неуловим. В конце 1890-х годов польский банкир по имени Ян Блох, как известно, предсказал ужасающий характер будущей войны в Европе. Затем он заявил, что такая война была слишком разрушительной и нелогичной, чтобы ее можно было предвидеть — только для того, чтобы разразилась Первая мировая война и выглядела так ужасно, как он предсказывал.

Несмотря на сложности, государства создают прогнозы для разработки стратегии своей национальной безопасности. Министерство обороны США пытается предсказать, как может развиваться геополитическая ситуация, чтобы иметь возможность принимать решения о приобретениях, оперативных концепциях и структуре сил. Аналогичный подход применяется и в России, что закреплено в законе о стратегическом планировании. Но что полезно в таких прогнозах состояния, так это не их точность. Они вполне могут промахнуться. Скорее, прогнозы показывают, что страна представляет себе в качестве желаемого или нежелательного будущего. И это многое говорит о том, как он может вести себя, чтобы формировать желаемые результаты.

В 2019-2020 годах я руководил исследованием, посвященным российскому военному прогнозированию. Мы обнаружили, что Россия видит, как мир движется в одном из двух основных направлений. Во-первых, Соединенные Штаты продолжают доминировать в международной системе способами, которые угрожают интересам России (например, введение санкций, лишающих Россию доступа к капиталу и технологиям). Второй — это мир с ослабленным глобальным влиянием США, в котором России меньше мешают наращивать военную мощь и влиять на региональные и геополитические результаты, к которым она стремится. Как и их советские предшественники, российские аналитики склонны рассматривать последние как продукт естественных сил, действующих против Соединенных Штатов. Тем не менее, постоянное подталкивание в этом направлении также необходимо. Конфликт на Украине — показательный пример. Украина двигалась навстречу Западу в политическом, военном, экономическом и культурном отношении, и Россия решила, что не собирается реализовывать свое региональное видение, кроме военного конфликта.

Я считаю, что у России, вероятно, есть правильные контуры конкуренции, что Соединенные Штаты и их союзники будут испытаны в поддержании системы, которая наиболее соответствует их национальным интересам, определенным ключевыми лицами, принимающими решения. Будущее в конечном счете будет определяться устойчивостью управленческих и экономических моделей защитников статус-кво и противников ему, таких как Россия и Китай. Эти модели столкнутся с идеологическими и практическими нападками как извне, так и со стороны внутренних акторов, которые хотят сдвинуть свои страны в другом направлении. Ответственное западное руководство — как государственное, так и частное — будет иметь первостепенное значение для обеспечения жизнеспособности системы, которая в настоящее время кажется ненадежной.

Как Россия строит свой прогноз ВПО

Российские прогнозы начинаются с анализа ситуации в мире: какие силы будут ее формировать? По каким траекториям может пойти международная система? Как это повлияет на динамику сил между ведущими странами, характер соперничества великих держав, технологического развития и будущей войны?

Россию волнуют такие вещи, потому что они влияют на то, как и сможет ли Россия улучшить свой военный потенциал в долгосрочной перспективе по сравнению со своими противниками. Например, если Соединенные Штаты являются доминирующим игроком с сильными союзниками-единомышленниками, это может ограничить возможности России в полной мере использовать свои экономические преимущества, получить доступ к иностранному капиталу или получить самые передовые технологии. Сокращение влияния США, напротив, облегчило бы России задачу наращивания военной мощи и не отставать от конкурентов. С точки зрения России, это привело бы к более справедливому распределению власти в мире и, таким образом, к снижению уровня угрозы для России.

К этому глобальному анализу ситуации российские синоптики добавляют конкретные военные прогнозы, такие как глобальное развитие вооружений, развитие и расположение вооруженных сил. Все это объединяется в «ВПО» — русский термин, обозначающий военно-политическую обстановку в мире. ВПО описывает вероятность, характер и театр будущей войны великих держав после рассмотрения потенциала стратегического сдерживания России.

Красным флагом для России будет ситуация, в которой ее военная мощь не сможет сдержать вторжение противника с превосходящим военным потенциалом. Наиболее распространенным российским примером является сценарий будущего, возможно, в 2040‑х годах, в котором Соединенные Штаты и их союзники создали огромный арсенал обычных средств высокоточного удара большой дальности и развернули надежную архитектуру противоракетной обороны по всему миру, чтобы свести на нет вероятный ответный российский ядерный удар.

Глобализация как основная проблема

Российские аналитики последовательно утверждают, что самой важной переменной в ближайшие двадцать лет будет характер глобализации. Российские прогнозы определяют «интенсивную глобализацию» как имеющую «гегемонистский характер», когда США доминируют в международной системе и способны «навязывать свою волю всем без исключения субъектам международных отношений».

Неудивительно, что это худший из возможных исходов для России. Согласно прогнозу на 2018 года, рост технологического развития России будет наиболее слабым в условиях «интенсивной глобализации», в том числе из-за влияния западных санкций на иностранную и российскую инвестиционную активность. Этот анализ показал, что к 2040 году военный потенциал США, состоящий как из военных, так и из невоенных показателей, будет на 60% выше, чем у России. И это без учета союзников США с высоким военным потенциалом, таких как Великобритания, Германия, Франция и Япония.

Результат? В военное время перед Россией встанет задача победить альянс, обладающий таким перевесом скрытой военной мощи, особенно в свете того факта, что войны между великими державами часто длятся намного дольше, чем ожидалось, что дает преимущество более сильной стороне в затяжном конфликте. Но даже в мирное время «интенсивная глобализация» увеличивает военную угрозу для России за счет постепенного наращивания превосходящих вооруженных сил в Европе и некоторых частях Азии и отказа от военных технологий, на которые Россия опирается для модернизации своих вооруженных сил. Это также создает проблемы для России, которой не хватает того, что российские прогнозисты называют «сетевой силой» или «мягкой силой», чтобы расширить свое влияние и отстаивать свои национальные интересы.

Контртренд, который, по оценке России, создаст наиболее благоприятную геополитическую среду, — «Биполярность 2.0». Биполярность 2.0 представляет собой рассредоточение власти в пользу незападного блока стран, таких как Китай, Россия и Индия, которые «не желают мириться с требованиями США о глобальной гегемонии». В этом сценарии к 2040 году Китай превзойдет США по военному потенциалу, а разрыв между Россией и США сократится до 20%, согласно вышеупомянутому прогнозу на 2018 год. Влияние на американских союзников по этому сценарию незначительно. Российские аналитики указывают на БРИКС (организацию, в которую входят Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР) и Шанхайскую организацию сотрудничества как на основу такой «незападной» коалиции. Теоретически у этого блока будет иное видение мирового порядка, более терпимое к автократическим режимам. Со временем она станет более могущественной и влиятельной в глобальном масштабе и, следовательно, будет лучше подготовлена ​​к сопротивлению попыткам США изменить международную систему по своему вкусу.

Это сделало бы динамику сил более благоприятной для России и тем самым уменьшило бы военную угрозу. Геополитический сценарий «Биполярность 2.0» предполагает более разделенную Европу, что может произойти, если большинству в определенных странах удастся свернуть интеграционные институты, созданные за последние несколько десятилетий. Это, по мнению России, приведет к меньшему противодействию ее политике и, соответственно, к меньшему количеству ограничений на ее экономическую деятельность и доступ к технологиям и капиталу. Все это благоприятные исходы для России, поэтому из этого следует, что Россия будет использовать все имеющиеся в ее распоряжении инструменты, чтобы обеспечить исполнение пророчества о Биполярности 2.0.

Одним из самых известных российских инструментов является нарратив, возникший не в России, о том, что «либеральные элиты» принимают социокультурные нормы, которые не соответствуют убеждениям обычных граждан и не приводят к тому обществу, которое эти граждане желают. Опираясь на этот нарратив, Россия позиционирует себя как защитник так называемых традиционных ценностей, которым угрожают ведущие западные политические партии. Идея состоит в том, что Россия могла бы объединиться с политическими партиями-единомышленниками, такими как «Фидес» в Венгрии или Национальное объединение во Франции, на основе защиты «традиционных ценностей» и взамен получить более дружественную внешнюю политику от европейских стран. По крайней мере, Россия могла бы поддержать политических лидеров в Европе, которые могут быть недружелюбны по отношению к России, но враждебно настроены по отношению к Европейскому союзу, который некоторые воспринимают как угрозу национальному наследию и давним культурным нормам.

Последствия конфликта на Украине

Согласно российской версии ее спецоперации на Украине в феврале 2022 года, конфликт представляет собой насильственный, но необходимый толчок в направлении нового порядка, напоминающего Биполярность 2.0. Россия видит себя в авангарде восстановления баланса в международной системе, выведенной из строя из-за исторической аберрации американской гегемонии. Военные действия России должны были отгородить Евразию от Запада и позволить России играть ведущую политическую, военную, экономическую и культурную роль в своем регионе при поддержке (или молчаливом согласии) Китая, Индии и других стран. Затем, в течение следующих двух десятилетий, международное влияние этих стран будет способствовать возникновению менее однородной международной системы и уменьшению доминирования Америки.

Но является ли конфликт на Украине эффективным средством для достижения этих целей? Во-первых, неясно, сможет ли Россия победить без значительной мобилизации, которой Кремль, похоже, пока хочет избежать. Во-вторых, русские потери в личном составе и материальных средствах за первые четыре месяца конфликта, по-видимому, были значительными. Его запасы обычных ракет большой дальности — ключевой элемент его стратегического неядерного сдерживания — уменьшились. Хотя точно неизвестно, сколько из своих самых современных ракет Россия израсходовала, по сообщениям, потребуются годы, чтобы восполнить эти потери. Соединенные Штаты, кроме того, остаются ведущим игроком. Альянс во главе с США, который российские прогнозисты считают столь вредным, на самом деле стал более сплоченным и могущественным после предполагаемого присоединения Финляндии и Швеции к НАТО.

Санкции были введены против России, хотя степень их воздействия еще предстоит изучить. Одной из ключевых областей, за которой стоит следить, будет влияние объявленного контроля за экспортом технологий. Доступ к технологиям был решающим фактором, поднятым российскими синоптиками. Они объясняли падение военного потенциала в 2040 году в сценарии интенсивной глобализации тем, что Соединенные Штаты убедят ключевые страны отказать России в доступе к технологиям, которые она искала. Действительно, первоначальный анализ потерянного российского оборудования на Украине показал, насколько оно зависит от западных компонентов.

Китай и Индия, разумеется, не отказались от России. Выбор Индии воздержаться в резолюциях, осуждающих поведение России, не обязательно удивителен, учитывая историю двух стран. Стратегическое партнерство Китая с Россией также не позволит разорвать отношения, даже если Китай сочтет действия России на Украине дестабилизирующими и проблематичными во многих отношениях. В этом отношении некоторое подобие российского видения незападного блока стран, сопротивляющихся доминированию США, существует, но конфликт на Украине пока не дает очевидных признаков благоприятного сдвига в сторону глобальной перестройки в пользу России.

Заключительный прогноз: долгосрочная битва желаний

Продолжающееся доминирование США в международной системе, вероятно, приведет к негативным экономическим и военным последствиям для России в течение следующих двух десятилетий. Нельзя исключать прямое применение военной силы против Соединенных Штатов или НАТО, но российские анализы — и заявления самого Путина — довольно проницательны в отношении большого неравенства сил между двумя сторонами и проигрышных последствий ядерной войны. Таким образом, Россия ищет нового политического лидера в западном мире, который не поддерживает статус-кво, который может изолировать Россию от капитала и технологий, необходимых ей для обеспечения безопасности и процветания в долгосрочной перспективе.

Но есть ли у России средства для реализации этого видения? Общее неравенство сил между НАТО и Россией огромно, и в настоящее время Соединенные Штаты имеют надежную систему союзов и партнерств как в Европе, так и в Азии. Россия в ближайшей перспективе не сможет сравниться с «сетевой мощью» Америки. Таким образом, успех России будет частично зависеть от того, совершат ли Соединенные Штаты и их союзники дорогостоящие ошибки во внутренней и внешней политике, которые нанесут ущерб их собственному положению. Успех также может зависеть от сохранения стабильности Китая и Индии и их готовности со временем бросить вызов позициям США в мировых делах.

Поскольку конкуренция, скорее всего, будет вращаться как вокруг социокультурных, так и военных вопросов, российские соперники будут стремиться извлечь выгоду из недовольства групп, которые могут симпатизировать таким идеям, как авторитаризм, сферы влияния и «традиционные» ценности, или тех, кто наименее равнодушны к таким дебатам. США и их союзникам следует ожидать обострения политической, экономической и информационной конфронтации без согласованных правил.

Используя меры ниже порога войны, Россия, вероятно, подорвет доверие к правительствам, которые сопротивляются «естественному переходу» к более благодушной системе, которая игнорирует эрозию демократических норм. Ставки ясны. Со временем любой сдвиг в сторону Биполярности 2.0 может иметь ряд последствий для защитников США и их союзников, наиболее важным из которых будет формирование блока, достаточно влиятельного, чтобы питать рост мира с меньшей политической свободой и экономическим процветанием, чем существует сегодня.

Источник