Украинский кризис и восточноевропейский фланг НАТО

18.02.2022
В Восточной Европе отсутствует монолитная позиция по поводу украинского конфликта.

Уже несколько месяцев Украина является темой номер один мировых СМИ. Спекуляции вокруг предполагаемого «российского вторжения», которые, по всей видимости являются частью информационно-психологических операций НАТО и США, оправдывают наращивание военного присутствия НАТО в Европе. Несмотря на отвод части российских войск из приграничных с Украиной регионов, проблемы, которые привели к нынешнему кризису, не решены. Украина продолжает обстреливать народные республики Донбасса, убивая в том числе граждан России. Киев не намерен предоставлять автономию или относительную самостоятельность ДНР и ЛНР даже в скудных объемах, предписанных Минскими соглашениями. Ни НАТО, ни Украина публично не отказываются от курса на поглощение Украины Североатлантическим альянсом, Запад лишь частично готов пойти на компромисс с Россией по вопросам безопасности в Европе, и в аспектах, не касающихся Украины. Наконец, кризис был использован США и НАТО для того, чтобы максимально усилить Украину в военном плане и подготовить к конфликту с Россией. Таким образом, вероятность эскалации конфликта сохраняется, он может произойти в любой момент, когда Вашингтон и его союзники сочтут стратегическую обстановку благоприятной для втягивания России в конфликт.

Напряженность вокруг Украины непосредственно касается и восточноевропейских стран, граничащих с ней. Какую роль играют восточноевропейские страны в разворачивающихся событиях? И какую политику будут проводить в случае, если Россия будет вынуждена начать военную операцию на территории Украины?

Польша

Современная Польша пытается играть активную роль в отношении Украины. С точки зрения доктрины, политика Варшавы в отношении Киева с момента выхода Украины из состава СССР опирается на концепцию ULB (Украина, Литва, Белоруссия) Гедройца-Мерошевского, разработанную в кругах прозападной эмиграции в период «холодной войны». Суть ее в том, что Польша должна играть роль покровителя всей Украины, Белоруссии и Литвы, главного агента по их интеграции в западный «демократический» мир (и таким образом, оказывать влияние, играя роль «старшего брата»), а не выдвигать территориальные претензии к этим странам. Сформирована доктрина была сотрудниками польского эмигрантского журнала «Культура» в послевоенные годы. Однако ее истоки лежат в концепции «польской имперской идеи» журнала «Бунт молодых», редактором которого в межвоенный период был Ежи Гедройц. Смысл идеи – в доминировании Польши в Восточной Европе за счет ослабления и раздробления пространства исторической России. Поддержка независимости Украины играет здесь главную роль.

Польша под руководством партии «Право и Справедливость» (ПиС) позиционирует себя как приоритетного партнера НАТО и США в противостоянии с Россией. Однако Варшаве не удалось в полной мере реализовать доктрину ULB: смена режима в Белоруссии провалилась, Литва зависима в военном плане от Германии (часть литовских войск находится в оперативном подчинении бундесвера), Украина с этой точки зрения остается единственным пространством, где Варшава может взять реванш за прошлые неудачи.

В контексте украинского кризиса Варшава играет активную роль в дипломатической и военной поддержке Киева. Польша обещала поставить Украине десятки тысяч боеприпасов, включая артиллерийские боеприпасы, легкие минометы и разведывательные беспилотники, переносные зенитно-ракетные комплексы «Гром» и «Перун». Последние только поступают на вооружение самой польской армии.

Польша активно сближается с Великобританией на украинском направлении. Вместе с тем, Варшава будет пытаться реализовать национальные интересы – усиление влияния на Украину, превращение в ключевой хаб поставок сжиженного газа в Европу в случае остановки украинской газотранспортной системы и санкций против «Северного потока» и «Северного потока–2». В случае военного конфликта против России, Варшава превратится в опорный пункт западного влияния, который будет стремиться в свою очередь установить контроль над тем, что останется от Украины. Однако «делить» Украину Польша не будет, напротив, будет выступать как главная страна, поддерживающая «украинский проект» (что бы от него ни осталось) против России и ее проектов на пространстве, которое сейчас контролирует киевский режим.

Румыния

После краткой характеристики политики Польши, обратимся к Румынии. Сейчас эти две страны восточноевропейского фасада НАТО, обращенного к Украине, играют роль передовых опорных пунктов НАТО и США. Причины: географическое положение (выход к морям, общие границы с Украиной), население и территория (наиболее крупные страны региона), фантомные боли по утраченным территориям, выливающиеся в стремление играть активную роль на востоке от своих нынешних границ. Именно сюда направляются основные силы американцев и британцев.

11 февраля Пентагон заявил, что в Польшу с территории США будут дополнительно переброшены 3 тысячи военнослужащих. К тому моменту в восточноевропейской стране уже располагалось 6,2 тысячи американских военных.

В Румынии разместится 1000 американских военных в дополнение к 900, которые находятся там в рамках обычной ротации. Также силы НАТО в Румынии может усилить французский контингент (+1000 человек). В Румынии также располагается стратегическая авиабаза США «Михаил Когэлничану».

При всех сходствах, между Польшей и Румынией есть важное отличие. Первая страна субъектна, ее восточная политика – своеобразный нео-«пилсудизм» – коррелирует с внутренней, у руля сильное правительство, которое не боится идти наперекор внешним партнерам, когда нужно. Польша сама стремится стать гегемоном в регионе и проявляет инициативу.

Румыния, в отличие от Польши, – наиболее бесхребетная страна восточного фланга НАТО, ведущая сервильную политику в отношении Вашингтона и Брюсселя. При этом традиционная внешняя политика Румынии с XIX века – игра на двух столах, балансирование между разными центрами силы – забыта. Более всего нынешняя безусловная солидарность Бухареста с западными партнерами, когда сторонников иной политики подвергают в лучшем случае травле в СМИ, напоминает безусловную солидарность режима Иона Антонеску с Гитлером в годы Второй мировой.

Однако и в этом случае румыны смогли быстро сменить позицию и единственные из бывших союзников Германии сумели прирастить территории по сравнению с моментом входа в войну. Нынешние элиты, видимо, если и поступят подобным образом, то тоже в последний момент, когда западная гегемония будет трещать по швам.

Для действительно субъектного, румынского национального правительства – в отличие от польского – вопрос ирреденты был бы значим как в отношении Республики Молдова, так и ряда регионов Украины (Северная Буковина, возможно – Южная Бессарабия, хотя в последней романоязычное население не столь значимо и обладает молдавской, а не румынской идентичностью). Бухарест никогда не претендовал на то, чтобы влиять на всю Украину, в отличие от Варшавы. Однако нынешнее правительство – бессубъектно и серьезных поползновений предпринимать не будет, только если на это не дадут отмашку в НАТО.

Для традиций румынской геополитики свойственно воспринимать Днестр как «естественную геополитическую границу» и уделять особое внимание устью Дуная как важному логистическому пункту. Гипотетическое появление русских в Одессе и Южной Бессарабии надавит на эту болевую точку, будет восприниматься как угроза интересам Румынии. В случае военного конфликта на Украине Бухарест может настаивать на введении войск НАТО в Одессу и Южную Бессарабию, а также в Молдову.

Соприкосновение с российскими войсками в Приднестровье маловероятно, так как будет означать войну между Россией и непосредственно блоком НАТО. Лоббистская структура Romanian-American Business Council при поддержке посла Румынии в США Андрея Мурару выступает за усиление натовской группировки в Черном море, включая создание военной базы на острове Змеиный вблизи побережья Украины и Румынии.

Венгрия

Венгрия занимает наиболее конструктивную позицию среди всех восточноевропейских стран в контексте украинского кризиса. Глава правительства страны Виктор Орбан – единственный из восточноевропейских лидеров, который обсуждал ситуацию вокруг Украины с президентом Владимиром Путиным в ходе своего визита в Москву 1 февраля.

Венгрия выступает за деэскалацию обстановки в регионе, опасаясь наплыва беженцев из Украины (этого же опасаются власти Польши и общественность Румынии). Однако, в отличие от соседей, Венгрия выступает против размещения на своей территории американских войск, подобного тому, что происходит в Румынии, Польши, странах Прибалтики и планируется в Болгарии

Министр иностранных дел Петер Сийярто в интервью Euronews заявил, что Будапешт не разместит на своей территории контингент союзников по НАТО, как это сделали Польша и Румыния: «Нет, мы на это не соглашались и не согласимся, потому что у нас уже есть войска НАТО на территории страны, это венгерская армия и венгерские вооруженные силы, [они] находятся в надлежащей форме, чтобы гарантировать безопасность страны. Так что нам не нужны дополнительные войска на территории Венгрии».

Венгрия официально не поставляет вооружения Украине, хотя в период конфликта 2014–2015 годов поступала непроверенная информация о поставках вооружений из Венгрии или через Венгрию на Украину.

В случае вооруженного конфликта Будапешт, как наиболее самостоятельный актор на восточноевропейском фланге НАТО, может предпринять действия по защите венгерского населения в Закарпатье. В то же время, Венгрия, если власть в этой стране не сменится по итогам апрельских выборов в парламент, будет наименее вовлечена в антироссийские действия со стороны НАТО.

Если Польша и Румыния в случае начала конфликта рискую столкнуться с тысячами беженцев (и примкнувшими к ним трудовыми и прочими мигрантами), что отражается в соответствующих планах этих стран, то Венгрия планирует эвакуацию этнических венгров из Закарпатья.

Словакия

Словакия – наиболее слабая иp стран НАТО, граничащих с Украиной. Сейчас президентом страны является либералка Зузана Чапутова. Премьер-министр – Эдуард Хегер, член либеральной и псевдопопулистской партии «Обычные люди и независимые личности». Оба поддерживают Украину перед лицом «российской угрозы». Однако традиционно Словакия поддерживала хорошие отношения с Россией. Для политической культуры страны свойственная мягкая русофилия и традиционализм (в отличие от соседней Чехии). Поэтому попытки властей Словакии на фоне украинского кризиса расширить присутствие иностранных войск в стране встретили сопротивление оппозиции.

8 февраля, в Парламенте Словакии попытка утвердить оборонное соглашение с США, которое позволило бы американской армии использовать инфраструктуру двух военных аэропортов в стране, вылилась в потасовку и «надругательство» над флагом Украины со стороны членов партии «Народная Партия Наша Словакия». Хотя закон все же был принят, правопопулистская «Народная Партия Наша Словакия» (ĽSNS) Мариана Котлебы, еще одна правая партия «Республика» и левопопулистская партия Smer бывшего премьера Роберта Фицо выступили против и пообещали развернуть акции протеста. Они обвиняют действующие власти страны в работе на США и забвении национальных интересов Словакии.

44% жителей Словакии считают, что США и НАТО виновны в эскалации напряженности между Россией и Украиной (Москву винят 35%). Словакия также является страной, где население наименее удовлетворено членством в ЕС.

Роберт Фицо сейчас является наиболее популярным политиком в Словакии. Словакия, в случае размещения американских войск, может пережить волну протестов. В целом, ввиду непростой ситуации в стране, нынешнее руководство Словакии будет действовать осторожно, что бы не происходило на украинском направлении. Словакия – единственный западный сосед Украины, где антироссийская политика властей может быть использована оппозицией как аргумент против правительства и президента.

Чехия

Чехия не граничит с Украиной, но активно участвует в украинском кризисе. Прага является штаб-квартирой многих западных структур, участвующих в информационной войне против России. Кроме того, прозападное правительство Петра Фиалы демонстрирует «солидарность» уровня прибалтийских стран или Польши, также заявляя об отправке вооружений на Украину. В частности, речь идёт о снарядах для гаубиц.

Это противоречит позиции президента страны Милоша Земана, который выступает против нагнетания напряженности и не верит в возможное «вторжение» России.

Хорватия

Хорватия – еще одна страна НАТО, где внутренние противоречия накладываются на украинский кризис. Так, Президент Хорватии Зоран Миланович сделал ряд ярких заявлений: о том, что хорватские военные не будут втянуты в возможный военный конфликт на Украине, что страна отзовет в случае конфликта своих военных из сил НАТО, и что США и Великобритания подталкивают Украину к конфликту с Россией.

Президент также назвал премьер-министра страны Андрея Пленковича «агентом Украины». Правительство Хорватии, в свою очередь, заявляет о поддержке Украины, однако вряд ли Хорватия или соседние балканские страны НАТО (Албания, Черногория и Македония) будут играть какую-то роль в случае начала конфликта на Украине.

Болгария

В разгар украинского кризиса – 13 декабря 2021 года – Болгария наконец-то сформировала постоянное правительство. Весь прошлый год страна несколько раз подряд избирала парламент. Однако итоги выборов не позволяли сформировать жизнеспособной коалиции. Сейчас кабинет министров Болгарии возглавляет Кирилл Петков – получивший образование в США прозападный экономист, который только в августе 2021 года отказался от канадского гражданства.

В конце января Петков заявил, что Болгария намерена укреплять и расширять присутствие войск государств-членов НАТО на болгарской территории. За несколько дней до этого, 21 января, в Женеве министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил о необходимости вывода иностранных войск из Болгарии и Румынии. Позиции болгарского премьер-министра, однако, противоречит заявление министра обороны Болгарии Стефана Янева об отсутствии необходимости размещения в стране дополнительных сил НАТО.

Также Янев отрицает возможное участие болгарских военных в любой операции на территории Украины в ближайшем будущем. В целом, Болгария демонстрирует нежелание втягиваться в украинский кризис, несмотря на декларативную поддержку начинаний НАТО. Сейчас 2,5 тысячи американских военных размещены в Болгарии, также в страну перебросили 130 военных из Испании. По неподтвержденным данным, Болгария была готова разместить французский военных в стране вместо американских, так как Париж, возможно, будет вести себя более сдержанно по отношению к Москве.

Прибалтика

Страны Прибалтики непосредственно не граничат с Украиной. Однако нагнетание военной истерии предсказуемо не обошло режимы этих стран, традиционно катализирующие свою русофобию. В рамках эскалации кризиса на Украине прибалтийские государства начали передавать Украине передовые вооружения, полученные от США. Это, однако, слабо коррелировало с опасениями, что они якобы также станут жертвами российского вторжения.  В Литву были переброшены подразделения Бундесвера (350 человек); в Эстонии, где силами НАТО командует Великобритания, британское военное присутствие будет удвоено – с 900 человек до 1800.

В целом, восточноевропейские страны НАТО можно разделить на несколько категорий.

Первые активно участвуют в раздувании антироссийской истерии, надеясь укрепить свои позиции за это счет: Польша, страны Прибалтики, Чехия. К ним примыкает Румыния, принимающая все инициативы НАТО, но не проявляющая особой субъектности в этом вопросе.

Венгрия занимает суверенную позицию, не участвуя в антироссийских приготовлениях. В Словакии и Болгарии власти занимают проамериканскую позицию, но внутриполитическая ситуация не дает Братиславе и Софии позиционировать себя как откровенных противников России. В Хорватии уже сам украинский кризис используется, скорее, как предлог для критики политических оппонентов.

В целом, в Восточной Европе отсутствует монолитная позиция по поводу украинского конфликта. Ни одна страна не выказывает желания вступить в прямой конфликт с Россией. В ряде стран выражена серьезная оппозиция втягиванию в конфликт на уровне государства и общества. Для США и НАТО данный кризис – возможность развернуть новые военные контингенты близ границ России.