Пространство без границ

20.11.2020
Прогнозирование и формирование окружающей среды

Вступление

Сегодня мы в Соединенных Штатах сталкиваемся с ошеломляющим множеством изменений, происходящих на нескольких уровнях и разворачивающихся с разной скоростью. Мировой порядок явно претерпевает ряд изменений, и с ростом геотехнологической конкуренции и распадом глобальной интеграции еще сложнее делать уверенные заявления о будущем. На самом деле, единственного варианта будущего не существует. Мы всегда сталкиваемся с рядом возможностей, и сегодня, учитывая масштаб происходящих изменений, эффективное обращение с этими возможностями требует от нас нового подхода к будущему.

Учитывая реальность, с которой мы сталкиваемся, нам необходимо более широко подходить к прогнозированию. Нам нужно подходить к «будущему» с другой точки зрения – такой, которая ориентирована на целенаправленное формирование мирового порядка, а не выбор одного из уже существующих прогнозов о том, какую форму он примет. И чтобы кто-нибудь не начал возражать против такого волевого подхода к будущему, давайте отметим, что он реально работает. Несколько лет назад наши геополитические конкуренты были глубоко недовольны тем будущим, которое нам виделось закономерным и непреложным. Они приложили колоссальные усилия – и добились успеха, определив характер XXI столетия.

Как бывшая сверхдержава и глобальный игрок, переживший стремительную потерю могущества, влияния и утрату ключевых позиций на мировой арене, мы должны усвоить, что нам необходимо научиться думать так, как соперник. Пора перестать защищать уже утраченные рубежи. Время для такого реакционного подхода закончилось.

Пора нам вернуться в игру. Грамотное прогнозирование и новое, наступательное мышление могут сыграть решающую роль в возвращении Америке статуса сверхдержавы.

Размышления о будущем: взгляд из прошлого

Одним из ключевых аспектов более широкого подхода к прогнозированию является необходимость исследования будущего с нескольких точек зрения. Ни одна точка зрения не дает нам всей необходимой информации, и мы должны исследовать достаточно обширный материал по любой конкретной проблеме, чтобы быть уверенными в принятии стратегических решений. Таким образом, мы стараемся тщательно исследовать будущие возможности. Примером необходимости строгого подхода к подобным исследованиям является, скажем, современный смартфон – и легко представить трудности, которые вызвала бы попытка спрогнозировать воздействие, оказанное этой ныне обыкновенной вещью на мир.

Эти крошечные устройства из пластика и стекла, которые все мы сегодня носим с собой, используются для самых разных целей: для получения доступа к медицинской помощи; ведения боевых действий; управления компаниями; создания различного оригинального цифрового контента. Смартфон используется в самых разных бизнес‑моделях и отраслях, занимая место важного инструмента для многих систем, на которые мы привыкли полагаться в повседневной жизни. Для большинства из нас было бы трудно понять, как мы можем выполнять большую часть того, что мы делаем ежедневно, без этих вездесущих устройств.

Нет никакого прямого влияния пейджеров, которые мы все использовали в 1990-х, на нашу нынешнюю реальность. Герои, определившие нашу реальность – Стив Джобс, iTunes, мобильные приложения и iPhone. А ещё повсеместный доступ к GPS, технологический прорыв, осуществлённый лучшими умами Силиконовой долины – и становление Китая двигателем мирового производства. Наша история – история об Интернете, о «Веб 2.0» и появлении социальных сетей. Это история о том, как смартфоны значительно ускорили эволюцию социальных сетей, что, в свою очередь, привело нас к «капитализму наблюдения», превратило потребителя – в продукт, а не в покупателя. Появились новые бизнес‑модели и отрасли, сделавшие такую жизнь чрезвычайно выгодной и удобной, не позволяя пользователям ускользнуть из своих сетей.

Было бы сложно предвидеть то будущее, которое породит изобретение смартфонов. Но насколько сложнее предвидеть, например, изменения в глобальном мире и конфликты между людьми? Экстраполяция некоторых трендов, опрос опытных руководителей и создание «матрицы 2x2» по четырём сценариям, к сожалению, недостаточны для того, чтобы спрогнозировать достоверные варианты будущего. Чтобы быть уверенными в том, что мы адекватно исследуем сложные вопросы, мы должны использовать широкий подход, изучая тему с множества точек зрения и применяя различные инструменты.

Размышления о скором будущем

Размышляя о будущем, мы не просто пытаемся с большей вероятностью угадать, что может случиться завтра – мы также формируем желаемый образ будущего. Другими словами, мы прибегаем к прогнозированию, чтобы обнаружить новые возможности, а также применяем для этого творческие и инновационные способы.

Сегодня у многих возникает вопрос: как будет выглядеть будущая «операционная среда» (FOE)? Чтобы думать о FOE, мы, конечно, должны думать о том, какие конфликты возникнут в будущем. Как они могут выглядеть? Кто может быть причастен к ним? Какие новые смыслы за ними стоят? Следует мыслить критически: какой выбор нам предстоит сделать в будущем? И, как мы уже видели, для адекватного изучения чего-то столь широкого и сложного, нам необходимо исследовать вопрос с нескольких точек зрения. Для достижения данных целей мы воспользуемся двумя различными подходами.

Мы можем рассмотреть общие тенденции, такие как урбанизация, литорализация, оцифровка общества и возникновение глобальных связей. Что эти тенденции привнесли в настоящее? Мы видим мир, в котором растет число игроков, способных добиваться изменения существующего порядка вещей. Мы видим, что искусственная среда – в значительной степени расширяющаяся цифровая инфраструктура и сети – становится основным пространством, где разворачиваются конфликты и происходит конкуренция. Мы видим распространение мощных возможностей между государствами, компаниями и сообществами. И мы обнаруживаем, что народы снова участвуют в политической игре, становясь её целями, субъектами и средой ведения борьбы.

Каковы последствия всего этого? Во-первых, в отличие от предыдущих периодов истории, сегодня практически каждый является потенциальным новатором. Благодаря глобальным связям, доступу к информации и ко все более мощным властным ресурсам – практически любой может оказаться участником конфликта и может предложить некоторые инновации его участникам. Миллионы и миллионы людей сегодня могут сознательно или невольно совершать тактические, оперативные или стратегические прорывы – предложив новую концепцию, оригинальный дизайн или техническую инновацию.

Какие возможности открываются нам? Принимая участие в глобальной конкуренции, мы могли бы развивать новые формы и кластеры инноваций. Мы не говорим об инновациях по поддержанию индустрии венчурного капитала и бытовой электроники (в духе Силиконовой долины); мы говорим об инновациях в таких вещах, как базовая экономика, устойчивость общества и политические технологии. Это, к примеру, поможет поддержать наших внешнеполитических партнёров, повысив их устойчивость к стратегиям наших противников. Именно большое разнообразие и устойчивость помогают либеральным и демократическим странам в глобальной конкуренции – чего напрочь лишены тоталитарные системы.

Другой подход к прогнозированию будущих изменений – взгляд на вещи через оптику переходных периодов. Как это часто бывает в жизни, в какой-то момент устаревшие структуры, модели и знания об отрасли или социальном порядке устаревают по мере изменения окружающего их мира. Переходный период наступает по мере того, как элементы старого порядка отмирают, а возможности для установления нового порядка ещё только возникают, соперничая друг с другом.

Когда мы смотрим на происходящие сейчас переходные процессы в глобальном мире, то видим, что ряд прогнозов периода после «холодной войны» утрачивает актуальность, а также возникает все более плотная конкуренция, ускоряющая конец старого порядка. У нас больше нет безоговорочной веры в существование универсальных ценностей – или в безусловную патриотичность компаний под флагом США. В то же время возникающие реалии (такие, как сегментированный Интернет) и растущие возможности (такие, как новая технологическая революция) делают простые, прямые прогнозы будущего проблематичными.

Какие возможности даёт время, растянутое между нынешним окончанием американской мировой гегемонии – и будущим, ещё неизвестным миропорядком? Учитывая лакуны, оставленные распадающимися институтами и ещё не заполненные новыми игроками, возможно, у нас есть шанс установить свои правила для грядущей эпохи. Старые структуры и отношения распадаются, но у нас появляется возможность создать новые сообщества, союзы и институты. Мы можем спроектировать глобальную архитектуру, учитывающую специфику этой новой среды.

Окружающая среда: пространство возможностей

Мир меняется – и меняется быстро. Многие игроки стремятся к изменениям на мировой арене, и наша недавняя история доказала, что им удается подтолкнуть мир в нужную сторону. Если мы действительно хотим сохранить свое преимущество, тогда нам нужно начать прогнозировать в более широком смысле. Мы хотим разбираться в нюансах и критически относиться к будущим возможным конфликтам, и мы хотим постоянно исследовать их под новыми углами. Мы также хотим перейти от мышления о «будущем» как о единственном, неизбежном результате, от заявлений, формулирующих единое представление о завтрашнем дне – к пониманию будущего как постоянно меняющегося диапазона возможностей.

Следовательно, нам нужно работать над собственными планами в отношении будущего. Учитывая все уже произошедшие изменения, учитывая всё происходящее в настоящее время и учитывая все возникающие возможности, которые мы уже можем уловить – какое будущее мы хотим видеть? Поскольку мы не единственные, кто играет в эту игру, поскольку мы никогда не сможем полностью контролировать всё игровое поле, нам нужно понимание вариантов, которые мы считаем приемлемыми. Другими словами, нам нужно определить пространство вероятных результатов, которые мы сможем считать «победой».

Поэтому, говоря о предпочтениях в отношении будущего, мы переходим в сферу стремления к изменениям. Это – стремление к возвращению инициативы. Мы хотим изменить баланс в наших стратегиях и политических планах, чтобы придать больший вес наступательным инициативам и меньше – оборонительным. В течение некоторого времени мы были главным игроком на мировой арене. Все остальные страны были на шаг позади, что вынуждало их мыслить смело и оригинально. Давно пора перестать почивать на лаврах и начать мыслить так, как наши конкуренты. А чтобы делать это эффективно, мы должны быть голодными – мы должны хотеть перемен.

И это возвращает нас к прогнозированию. Нам нужны совершенно новые замыслы будущего мирового порядка. Нужно понять, какие именно результаты мы действительно хотим видеть. Нам нужно сформулировать свои правила касательно будущих конфликтов, которые, безусловно, заставят наших противников пойти на попятную. Всё это, в конечном итоге, должно быть зафиксировано в новых документах FOE, новых руководствах и новых основы стратегиях.

Вывод

Каким бы неудобным ни было для нас настоящее, мир переживает длительный период очень значительных изменений. Мы, как бывшая сверхдержава, сопротивляемся происходящим изменениям и видим большую часть происходящего только как угрозу. Это вынуждает нас защищаться. Применяя более широкий подход к прогнозированию, мы можем лучше предугадывать новые подлинные угрозы и лучше видеть расширяющийся спектр возможностей, которые нам предоставляются (и которые мы можем создать самостоятельно) для формирования нового глобального порядка.