Политический процесс в Молдове

01.06.2021
Особенности и тенденции в условиях кризиса

Годы самоутверждения независимого государства Республика Молдова стали временем реформ. Это период демонтажа социалистической экономики и перевода ее на рельсы рыночных отношений, изменений в социально-культурной, этнонациональной, религиозной сферах жизни общества. Образ жизни людей стал изменять их менталитет и практики социальных отношений, а политические преобразования были для многих «сферой надежд и ожиданий».

Политические круги Молдовы разобщены, у них нет единой стратегии развития государства. Многие партии, популистски используя настроения электората, выдвигают главную цель: «Евроинтеграция страны и достижение базовых социальных стандартов ЕС». При этом конкретизация путей достижения этих целей заменяется обещаниями быстрого и всеобщего роста благосостояния людей, свободного передвижения в рамках Евросоюза, предоставлением широких возможностей и условий для саморазвития личности.

Однако политическая практика абсолютно расходится с программами партий. Социальная напряженность выливается в массовые марши протеста. Доверие населения к власти резко сократилось. В обществе произошло стремительное социальное расслоение, дезинтеграция социальных групп и институтов, дезориентация управления во всех уровнях и звеньях. За годы независимости в Молдове смена министров и управленцев всех уровней стала регулярной; дважды изменялась даже территориальная структура страны (районы-уезды-районы). Спонтанные, недостаточно обоснованные политические реформы в Молдове привели к обострению политических и этнических конфликтов в стране. Они закончились вооруженным противоборством и разделом ее на два региона (правобережный и левобережный – Приднестровье). Демонстрации, митинги, социальные марши протеста, избирательные кампании выступили «детонатором» в разрядке социальной напряженности, политической самоидентификации населения, временной, социальной интеграции общества.

Несмотря на щедрые популистские обещания, президентство Санду не сулит ничего хорошего молдавскому обществу, поскольку будет сопровождаться болезненными и далеко не всегда оправданными реформами. Уже первые заявления в качестве президента Санду привели к обострению политической напряженности в обществе.

Среди них:

– о необходимости вывода российских войск из Приднестровья. Вначале имелась в виду оперативная группа российских войск, но затем прозвучал призыв о переформатировании российской миротворческой миссии в гражданскую под эгидой ОБСЕ;

– о проведении досрочных парламентских выборов, поскольку, по мнению Санду, нынешний состав парламента представлен преимущественно коррупционерами, «людьми Плахотнюка»;

– об отставке правительства Кику, якобы провалившего борьбу с пандемией и не способного самоочиститься от коррупции.

Подобные скоропалительные заявления вызвали естественное противодействие со стороны политической оппозиции. Умелое политическое маневрирование партии социалистов и их союзников поставило Санду в сложное положение.

Таким образом, провозгласив себя гарантом «народного единения», Санду, на самом деле, усугубила конфликтные процессы в обществе на фоне дальнейшего ухудшения социально-экономической обстановки.

На сегодняшний день в Молдове сложилось своего рода двоевластие, когда избранная в качестве президента Санду лишена реальных полномочий, а расчеты на то, что парламент под впечатлением ее победы займет пропрезидентскую позицию, не оправдались.

Внешнеполитические акции Санду свидетельствуют о ее намерении переориентировать вектор внешней политики Молдовы в пользу коллективного Запада, тем самым нарушив хрупкий разновекторный баланс, сложившийся при Додоне. Об этом свидетельствуют первые зарубежные встречи Санду: с президентом Румынии Йоханнисом 29 декабря 2020 года, с президентом Украины Зеленским 12 января 2021 года, с высшими функционерами ЕС 19 января 2021 года, с президентом Франции Макроном 5 февраля 2021 года.

Особую роль при этом занимают отношения Молдовы и Румынии. Сделанные лидерами двух государств заявления в ходе официального визита 29 декабря 2020 года румынского лидера Йоханниса свидетельствуют об их намерении к ускорению стратегического сотрудничества в различных сферах жизнедеятельности (энергетике, дорожной и железнодорожной инфраструктурах, коммуникациях и др.), конечной целью которого может стать создание неформальной конфедерации.

В последние годы Румыния во внешнеторговом обороте Молдовы уверенно заняла первое место, вкладывая в Молдову значительные прямые инвестиции. Бухарест активно осваивает также информационное пространство Молдовы с целью формирования прорумынского общественного мнения в Молдове. Взаимодействие Бухареста и Кишинева развивается и по военной линии. В 2016 году между Румынией и Молдовой был подписан договор о военном сотрудничестве, чем было положено начало постепенной интеграции вооруженных сил двух стран. В этом заинтересованы прежде всего США, рассматривающие Румынию в качестве одного из своих форпостов на Балканах. В мае 2016 года в Румынии на базе «Девеселу» была развернута американская батарея ПРО (THAAD), в январе 2021 года американцы разместили на авиабазе «Кымпия – Турзий» в Румынии (на модернизацию которой потратили 40 млн. долл.) разведывательно-ударные беспилотники MQ-9 Reaper.

Свой первый официальный визит 12 января 2021 года в качестве президента Санду совершила в Киев. Среди вопросов, обсуждавшихся на встрече с Зеленским, – проблема безопасности региона и взаимодействие по ускорению евроинтеграции соответствующих стран. Фактически, оба лидера подтвердили готовность присоединиться к продвигаемой Вашингтоном идее о создании на антироссийской основе оси «Варшава – Бухарест – Кишинев – Киев» с дальнейшим подключением к ней прибалтийских республик. Цель коалиции – активное противодействие политике России на восточноевропейском пространстве и Балканах. Пока же Молдова, Грузия и Украина намерены углублять сотрудничество в рамках Восточного партнерства – проекта, запущенного ЕС в 2009 года с целью максимального сближения с рядом постсоветских республик, при этом не гарантирующего их вступление в Европейский союз.

Ближайшей целью совместных действий Кишинева и Киева может стать усиление давления на Приднестровье. Санду заявила, что у нее есть некий план по урегулированию приднестровского конфликта: «Мы хотим продолжить меры по сближению людей с обоих берегов Днестра. Мы должны сделать так, чтобы люди с левого берега Днестра в один прекрасный день увидели, что качество жизни на правом берегу лучше. Надо, чтобы все люди захотели решения этого вопроса. И, конечно, мы должны бороться с контрабандой и коррупцией». На деле это будет означать попытку усиления ограничительных мер против Приднестровья с целью нагнетания социальной напряженности в республике, противопоставления руководства и населения непризнанной республики. Одновременно будет продолжаться политика по фактическому блокированию молдавской делегацией деятельности Объединенной контрольной комиссии (ОКК). Параллельно с Кишиневом давление на российский миротворческий контингент в Приднестровье усилит Киев, рассматривающий его как угрозу безопасности для Украины.

Подобная политика получит поддержку администрации Байдена и руководства НАТО, развитие отношений с которой станет одним из приоритетов внешней политики Санду, несмотря на формально нейтральный статус государства. Симптоматично, что ряд молдавских экспертов, в частности Виорел Чиботару и Виктор Жосу, оценивают устремления Молдовы в НАТО как «приоритетные». Чиботару, в частности, подчеркнул, что Конституцию Молдова принимала в 1994 году, когда в мире была совершенно иная геополитическая конъюнктура, соответственно, с его точки зрения, нейтральный статус Молдовы явно устарел.

Что касается российско-молдавских отношений, то Санду ограничилась заявлениями о том, что она выступает за конструктивные отношения с Россией. «Конструктивность» в ее интерпретации должна выражаться в восстановлении молдавского экспорта в Россию, решении вопроса социальной защищенности трудовых мигрантов, работающих в России, а также урегулировании проблемы приднестровского конфликта. При этом Санду уже поставила под сомнение целесообразность участия Молдавии в ЕАЭС, подчеркнув, что для республики достаточно действующего договора о свободной торговле со странами СНГ.

В целом, зависимость Санду от западных структур потребует от нее выполнения взятых на себя обязательств: ускорения движения Молдовы в сторону Запада, усиления давления на российскую миротворческую миссию, внедрения в стране западных ценностей (мультикультурализма, доктрины толерантности, легализации ЛГБТ и др.). Но для реализации этих целей Санду необходимо лояльное прозападное большинство в законодательном органе.

Долговременным фактором ухудшения отношений между Молдовой и Приднестровьем является нежелание Кишинева выполнять взятые на себя обязательства в рамках Берлинского протокола (подписан 3 июня 2016 года), впоследствии дополненных Венским (2017 год) и Римским (2018 год) протоколами. Речь идет о создании Кишиневом условий для предоставления услуг в сфере связи и телекоммуникаций; налаживании межбанковского взаимодействия; прекращении уголовных дел в отношении должностных лиц Приднестровья; обеспечении участия в международном дорожном движении транспортных средств из Приднестровья; установлении механизма гарантий исполнения договоренностей; обеспечении использования за рубежом дипломов о высшем образовании, выдаваемых в Приднестровье.

Таким образом, сложившаяся политическая ситуация в республике свидетельствует о том, что Запад при помощи Санду настроен на то, чтобы взять Молдову под свой контроль, встроить Кишинев в ось «Украина – Румыния – Польша» с подключением прибалтийских республик на антироссийской основе. В подобной ситуации вероятно усиление давления на Приднестровье – вплоть до провокаций. Это обусловливает неизбежность нарастания политической напряженности в республике в ближайшей перспективе, учитывая, что население Молдовы по-прежнему разделено фактически поровну на сторонников евроинтеграции и сближения с Евразийским союзом. В подобной ситуации российская политика в отношении Кишинева должна быть увязана в первую очередь с его действиями в отношении Приднестровской Молдавской Республики.

Таковы лишь основные проблемы молдавского общества, которые разрушили социальную интеграцию, привели к неустойчивости и изменчивости в ментальности социальных групп. Политическая система современной Молдовы переживает сложный период становления. Затянувшийся кризис имеет много причин: экономическая нестабильность, высокий уровень миграции, отсутствие опыта партийного строительства и политических взаимоотношений в рыночных условиях и в политическом мультипартийном поле, кризис в подготовке профессиональной политической элиты и управленцев и т. д. Как быстро и с какой мерой эффективности страна преодолеет этот период – предсказать весьма сложно.