Обольщение

22.04.2021
Давление на Путина, а вместе с ним и на Россию, непомерно возрастает

Встреча Горбачёва и Рейгана в Рейкьявике — это страшная, роковая для России, грозовая встреча. По её завершении Горбачёв выступил по телевидению, и я увидел его лицо: оно было ужасным, по нему гуляли трупные пятна, губы дрожали, глаза светились каким-то неземным, адским огнём. Было ощущение, что он прикоснулся к раскалённому железному шкворню. Тогда он совершил свой иудин грех — продал государство вместе с миллионами его граждан, с его богатствами, с его исторической судьбой.

Как удалось склонить Горбачёва к предательству? Чем искусили его? Совсем недавно Рейган называл Советский Союз империей зла, Горбачёв был императором этого зла, был убийцей. И вот затравленный, запуганный, униженный советский лидер вдруг получил от американцев высшую аттестацию: нет, он не убийца, он — великий реформатор, он — спаситель России, спаситель всего человечества от ядерного кошмара. О нём как о спасителе мира стала писать вся зарубежная пресса. Не было журнала, на обложке которого не появился бы советский генеральный секретарь с тёмным клеймом на лбу. Горбачёв уверовал в это, его заколдовало не богатство, а предложенное величие — ему сулили роль выдающегося человека Земли, спасителя рода людского. И он сдал своё государство. Россия была отброшена в XVI век, окружена могущественными базами НАТО, стиснута в жёстких американских объятьях. Обольщение кончилось, началось удушение.

Тревожит судьба современной России. По-прежнему Америка называет Россию величайшим злом человечества, более страшным, чем лихорадка Эбола. Американский президент считает российского президента убийцей, и степень давления на него, оскорбления, унижения достигла предельных размеров. Но в самый разгар этой информационной казни — после слов об убийце — Байден приглашает Путина принять участие в международном форуме, говорит о необходимости встречи с ним. Встречи с кем? С убийцей? И становится страшно: не поддастся ли Путин этому искушению, не повторит ли он судьбу Горбачёва? Не станут ли его называть великим миротворцем, лауреатом Нобелевской премии мира, ибо он положил конец жестокому противостоянию России и западного человечества, не дал разгореться военному конфликту в Донбассе, отказался от всех форм российской внешней политики, которую Запад называет новым российским империализмом? И не начнётся ли сейчас новое безумное разоружение, истребление гиперзвуковых ракет? Не вернётся ли в Министерство иностранных дел Козырев? Не случится ли та долгожданная для либералов перестройка-2, в результате которой исчезнет нынешняя Россия, и останется малая Московия, представляющая из себя этнографический заповедник с русскими песнями, плясками и праздничными богослужениями?

Такая опасность есть. Не раз в своей истории Россия теряла государство. Сегодняшняя российская элита ненадёжна, двойственна. Она не является выразителем государственных интересов России. Она — рука, протянутая из-за океана к русскому сердцу и сжимающая это сердце. Американцы грозят российским миллиардерам арестом их счетов, закрытием их зарубежных компаний, высылкой их семей, конфискацией недвижимости. И миллиардеры трепещут, тайно ненавидят, готовы оказать влияние на президента Путина с тем, чтобы он сменил свою внешнюю политику, разгрузил мир от русского присутствия, ушёл из Сирии, Карабаха, снизил число кораблей в Чёрном и Балтийском морях. И наградой им за это будет сбережение их несметных состояний, находящихся на Западе.

Так думают компрадоры. А что главы крупнейших военно-технических корпораций? Не последуют ли они примеру советских "красных директоров", которые были изумительными управленцами, руководили целыми отраслями, но стали тяготиться тем, что взлелеянные и вскормленные ими отрасли принадлежат не им, а государству? Им захотелось перейти из статуса управленцев в статус директоров-собственников. И вся великая криминальная революция, о которой сказал Говорухин, — это переход государственной собственности в руки "красных директоров". Не захотят ли сегодняшние лидеры крупнейших авиастроительных, приборостроительных, судостроительных, моторостроительных, нефтяных и газодобывающих корпораций из управленцев превратиться в их собственников и заплатить за эту возможность такой "малостью", как разрушение государства Российского, как выведение этих корпораций из-под контроля государства?

А что общественное сознание? Готово ли оно к перестройке-2? На протяжении последних лет народная психология подвергалась чудовищному насилию, жутким тотальным ударам. После возвращения Крыма, когда русское сознание охватил восторг, надежда на чудо, на преображение, случился Донбасс — с кровью, со снарядами, с убийством детей и стариков. И два года подряд кремлёвское телевидение держало народ в страшном напряжении, рассказывая о чудовищных злодеяниях в Донбассе. Народ лил слёзы, глядя на всё это, сострадал и рыдал.

Такому же страшному давлению и удару подверглось народное сознание в период эпидемии. Дни и ночи по всем каналам раздавались устрашающие прогнозы, связанные с пандемией. Крупнейшие эпидемиологи говорили о вакцинации: одни превозносили её до небес, другие обращали её в прах. Одни говорили об ужасных последствиях вакцинации, другие требовали, чтобы вакцинировали младенцев чуть ли не в утробе матери. И вот, наконец, недавнее нагнетание апокалиптического кошмара, когда людей заставляли ждать ракетных пусков, огромного, поднявшегося над всем человечеством ядерного гриба.

Народное сознание изуродовано, искалечено, оно бессильно, не в состоянии ориентироваться, его можно катать, как футбольный мяч по полю. Если в народное сознание, как в период перестройки, вбросить искусительные идеи о новом мышлении, о свободе, о красоте, о великом союзе земных народов, об Америке, что так похожа на Россию, о двух народах — американском и российском, которым нечего делить и которые являются народами-лидерами всего человечества, народное сознание легко попадётся на эти уловки — ему хочется отдохнуть, отдышаться от страшных чёрных ударов.

Холодная война, или гибридная война, как её называют, связана с воздействием на соперника, на различные слои враждебного общества не с помощью оружия и грохочущих гусениц, с воздействием не военным, а информационным, психологическим, ментальным. И одним из приёмов, который был прекрасно опробован в советские времена, является приём искушения и обольщения. Писателей обольщают возможностью издавать их книги за рубежом. Либеральным политикам говорят, что они являются выразителями истинных интересов России.