Нефть и новый мировой порядок: Китай, Иран и Евразия

06.08.2021
Столкнувшись с ценностным упадком и санкционным давлением со стороны США и Европы, Китай стремится объединить страны Евразии для создания мощного геоэкономического блока.

Мировой рынок нефти в будущем претерпит фундаментальные изменения. Выбор между нефтедолларами или войной сделать теперь не так просто, как это было раньше. «Стратегическое соглашение об экономическом партнерстве и партнерстве в области безопасности между Китаем и Ираном», официально подписанное министрами иностранных дел обеих стран в Тегеране 27 марта 2021 года, нарушает теорию о нефтедолларе и разрушает империю, построенную на долларе США.

Это связано с тем, что нефтедоллар не привел к существенному экономическому развитию нефтедобывающих стран Ближнего Востока за более чем полувековую привязку к доллару США.

Страны Ближнего Востока, как правило, не имеют собственных промышленных систем. Национальные экономики сильно зависят от экспорта нефти и импорта зерновых и промышленных товаров. Национальные финансы управляются долларом США и следующей за ним финансовой системой.

Если страны Ближнего Востока хотят вырваться из-под контроля доллара, им придется столкнуться с угрозой войны со стороны Соединенных Штатов и их союзников – что происходит снова и снова. Подумайте только о том, что Саддама Хусейна поддерживали, когда он боролся с Ираном, а затем он стал врагом №1, когда начал торговать нефтью в евро.

Запад всегда хотел, чтобы Ближний Восток стал нефтяной «священной коровой», и не позволял ему развивать свою собственную современную промышленную систему: отсутствие прогресса на Ближнем Востоке было задумано как долгосрочный план для экономического шантажа.

Запад обеспокоен тем, что Иран и весь Ближний Восток могут снова восстановить былую славу и гегемонию Персидской, Арабской и Османской империй.

Китай сталкивается с эксплуатацией мирового нефтяного рынка и угрозой перебоев в поставках. Опираясь на промышленную, финансовую и военную мощь, Европа и Соединенные Штаты контролируют капитал добычи нефти, торговые рынки, долларовые расчеты и глобальные водные пути, которые составляют весь нефтедолларовый мировой порядок, дифференцируя Китай и Ближний Восток и разделяя мир на основе общеизвестных соображений. Вы либо выбираете доллар, либо выбираете войну – хотя доллар давно находится в упадке.

Подобно тому, как в древние времена кочевые племена блокировали Шелковый путь и монополизировали торговлю между Востоком и Западом, Европа и Соединенные Штаты сдерживают и останавливают сотрудничество и развитие всей Азии и остальной планеты. Столетия назад этому способствовала кавалерия, луки, стрелы и ятаганы; сегодня –военный корабли и финансовая система, номинированная в долларах.

Поэтому Китай и Иран, а также весь Ближний Восток в настоящее время ищут способы избежать посредников и изменить ситуацию к лучшему. Если появится еще одна сильная держава, которая может обеспечить военную безопасность и в то же время предложить достаточные средства и промышленную продукцию, вся ближневосточная нефть может быть освобождена от господства доллара – и возникнет возможность торговать напрямую для удовлетворения спроса и даже внедрить новые современные промышленные системы.

Освобождение нефти от доллара США и связанных с ним войн и использование нефти для сотрудничества, взаимопомощи и общего развития – это внутренний запрос всего Ближнего Востока и развивающихся стран: сила, которую нельзя игнорировать.

Бывший Советский Союз надеялся использовать эту мощь для улучшения своей системы. Однако он переоценил свои собственные геостратегические и параколониальные интересы, превратив себя в социал-империалистическую сверхдержаву, конкурирующую с Белым домом. Более того, у СССР не было механизма сотрудничества и взаимопомощи для укрепления своих союзов – и, в конечном итоге, собственные друзья начали восставать против Союза еще в 1960-х годах.

Что еще более важно, хотя Советский Союз в то время мог предоставить гарантии военной безопасности для союзных стран, ему было трудно предоставить экономические гарантии и рынки, хотя сам Советский Союз был крупным экспортером нефти. Естественные конкурентные отношения между Советским Союзом и Ближним Востоком, а также слабый промышленный потенциал Советского Союза в конечном итоге привели к распаду всей системы, начиная с отступничества Садата в Египте в 1972 году. Таким образом, мир вернулся к однополярности.

Однако с развитием и подъемом своей экономики Китай также начал выходить на мировую арену и должен будет установить свой собственный новый мировой порядок. Китай стремится возвыситься, после того как Британия в XIX веке превратила его в торговую колонию, позже разделенную на зоны влияние Запада и Японии, а также после блокады со стороны Соединенных Штатов после Второй мировой войны.

В отличие от американского и советского мирового порядка, предложение Китая не является параколониальным проектом, основанным на его собственных национальных интересах, и не является старомодным планом «африканской глобализации», основанным на транснациональных корпорациях, и, конечно же, не является попыткой идеологического экспорта.

В течение многих лет эксперты говорили о «социализме с китайскими особенностями», а не о попытках навязать китайский марксизм остальному миру, как это было в случае с Россией. Китай, напротив, желает установления нового международного экономического порядка, основанного на сотрудничестве, взаимопомощи и общем развитии.

В отличие от западной цивилизации, основанной на соперничестве, восточная цивилизация, которая уделяет больше внимания гармонии без различий и скоординированному развитию, пытается установить новый мировой экономический порядок с моделью, совершенно отличной от западной, которая замешана на крови.

Возвращаясь к предыдущему выбору между долларом США и войной, Китай предложил Ирану и даже миру третий вариант. Китай, похоже, все больше желает существовать как поставщик услуг. Китаю это кажется более полезным, прежде всего для решения собственных проблем, а не для того, чтобы ввязываться в бесконечные международные споры.

Таким образом, он может быть лучше принят всеми странами мира и объединить больше государств, чтобы разорвать совместное окружение «демократического» и либерального империализма Европы и Соединенных Штатов.

Следовательно, Китай и Иран, возникновение которых восходит к одному и тому же периоду, встретились в критический момент истории. Согласно «Стратегическому соглашению о всеобъемлющем экономическом партнерстве и партнерстве в области безопасности между Китаем и Ираном», Китай инвестирует до 400 миллиардов долларов в десятки нефтяных месторождений в Иране в течение следующих 25 лет, а также в банковское дело, телекоммуникации, порты, железные дороги, здравоохранение, сети 5G, GPS и т. д.

Китай поможет Ирану построить всю современную промышленную систему. В то же время он получит сильно дисконтированные и долгосрочные стабильные поставки иранской нефти. Китайско-иранское партнерство заложит основы для предлагаемого нового мирового порядка, основанного на взаимном уважении, а не на каких-то неудачных, упадочных и все более радикальных принципах, исповедуемых Западом.

Столкнувшись с ценностным упадком и санкционным давлением со стороны США и Европы, Китай стремится объединить Европейский третий Рим, индоевропейский Иран, второй Рим и пять центральноазиатских стран для создания мощного геоэкономического аналога во внутренних районах Евразии.