Космические станции и международная политика

12.11.2021
Сдвиги в балансе сил во всем мире, особенно соперничество между США и Китаем, оказывают прямое влияние на то, что происходит на нашей орбите, и космические станции не являются исключением.

Первая космическая станция «Салют-1» была запущена Советским Союзом в 1971 году. Хотя она и находилась на орбите всего чуть более 170 дней, но открыла дорогу для новых и лучших версий – от Skylab до «Тяньгун» (Tiangong). Эти станции стали элементом исследования космоса, навсегда изменив наши взгляды на то, как люди могут взаимодействовать за пределами Земли в течение более длительных периодов времени. Одновременно они расширили наше понимание биологии, физики, астрономии и инженерии.

Космические станции – это не только объекты научного интереса. Как и многие другие аспекты социального мира, они являются объектами конкуренции, социальных отношений и сотрудничества великих держав. Эта статья будет сосредоточена на переплетении глобальной политики и космических станций, пытаясь определить, как космические станции повлияли на международную политику.

Международная космическая станция (МКС) и «Тяньгун» взяты в качестве основы для тематических исследований по трем причинам. Во-первых, это самые последние примеры действующих постоянных космических станций на околоземной орбите. Во‑вторых, благодаря продолжительности своей эксплуатации и влиянию, МКС, возможно, является самой важной космической станцией из когда-либо существовавших. Из-за меняющегося характера международной системы, особенно подъема Китая, также необходимо изучить, какую роль станция «Тяньгун» играет или будет играть в глобальной политике. В-третьих, оба примера основаны или будут основаны на широком международном сотрудничестве в общих или конкретных аспектах.

Международная космическая станция

Международная космическая станция – это главный элемент в ночном небе, который можно увидеть невооруженным глазом. Она позволила человечеству лучше понять, как люди живут в космосе, а также способствовала международному научному сотрудничеству в широком масштабе. Станция пребывает на орбите с 1998 года и находится в эксплуатации более двадцати лет. Она состоит из 16 герметичных модулей – и иногда ее называют самым дорогим человеческим сооружением в истории.

Идея того, что сейчас известно как МКС, возникла во время президентства Рональда Рейгана (1981–1989), задолго до окончания «холодной войны». Хотя космическая станция так и не появилась, политическое измерение уже вступило в силу.

Во-первых, проект должен был быть основан на международном сотрудничестве, особенно государств-единомышленников, но под чутким руководством Америки (Logsdon, 1991).

Во-вторых, продемократический (или антисоветский) характер станции был подчеркнут в ее названии – Space Station Freedom.

В-третьих, политические амбиции, связанные с МКС, очевидны в самом выступлении президента о положении дел в Союзе, где Рейган ожидал, что Америка сможет «снова достичь величия» через «наши мечты о далеких звездах, благодаря людям, живущим и работающим в космосе для мирной, экономической и научной выгоды» (Рейган, 1984).

Государства-участники должны были быть близкими союзниками и находиться в пределах их сферы влияния (Европа через «Европейское космическое агентство», Японию и Канаду); это должны были быть страны, желающие «укрепить мир, построить процветание и расширить свободу» (Reagan, 1984). Этот проект является прекрасным примером того, как космические станции переплетаются с международной политикой – он должен был стать инструментом в идеологической битве против коммунизма, показать технологическое превосходство капитализма и связать сферу влияния Америки в рамках общего дела.

Тем не менее, МКС была реализована только после окончания «холодной войны». Распад Советского Союза в 1991 году создал момент однополярности в глобальном балансе сил, в результате чего США остались единственной сверхдержавой, что позволило стране доминировать в международной политике.

Межправительственное соглашение (МПС), которое является обязательным нормативным соглашением в отношении МКС, свидетельствует об этом преобладании. В первой статье говорится, что партнеры «объединят свои усилия под ведущей ролью Соединенных Штатов в общем управлении и координации, чтобы создать интегрированную международную космическую станцию» (Соглашение о сотрудничестве по Международной космической станции. С Исполнительным соглашением, 1998 год).

Хотя это и совместный проект, но в нем с самого начала был явный лидер. Это представило США как абсолютного лидера в области науки и технологий, утвердило их престижное положение, которое подчеркнуло новый баланс сил. Возможно, сама американская позиция дала возможность для такого сотрудничества в первую очередь, гарантируя стабильность через однополярность.

Политическое измерение во время создания МКС не закончилось заключением МПС. Привлечение России к проекту, особенно под официальным американским руководством, было еще более впечатляющей политической победой. Поскольку Россия является государством-преемником Советского Союза, главного противника Америки на земле и в космосе, ее присоединение к проекту МКС дало определенное признание позиции, которую заняли США.

Политическое измерение участия Москвы в проекте идет даже дальше, чем просто престиж. Вашингтону удалось повлиять на политику России в области космических технологий, например, прекратить продажу криогенных технологий Индии (Chladek, 2017) и обеспечить сохранение рабочих мест российских ученых в России, что предотвратило возможное распространение критически важных космических технологий среди других стран (Moltz, 2011). Вовлекая Россию в МКС, США смогли успешно использовать станцию ​​в качестве инструмента своей дипломатии и усилить определенные решения, которые Москва должна была принять, чтобы извлечь выгоду из МКС.

Тем не менее важно подчеркнуть, что, хотя космические станции влияют на международную политику, на них также влияет сама международная политика, и МКС является хорошей иллюстрацией этого.

Первые серьезные потрясения в сотрудничестве по проекту МКС начались после воссоединения России с Крымом в 2014 году. НАСА запретило большинство контактов со своими российскими коллегами, после чего Дмитрий Рогозин, глава «Российского космического агентства», написал в Twitter, что США должны доставлять «своих астронавтов на МКС при помощи батута» (Johnson-Freese, 2017).

Более того, эскалация напряженности между Вашингтоном и Москвой за последние несколько лет поставила под вопрос дальнейшее сотрудничество. Время от времени российское руководство давало сигналы о том, что оно думает о его прекращении (Reuters, 2021).

Интересным примером взаимодействия мировой политики и МКС является роль Китая. Пекин годами безуспешно пытался стать участником космической станции. НАСА в течение некоторого времени проводило политику исключения в отношении Китая, ссылаясь на опасения по поводу передачи технологий (Moltz, 2011). Это понятная озабоченность, которая также была подчеркнута в случае присоединения России к программе. Однако участие России в проекте – факт, несмотря на опасения по поводу передачи технологий. Это показывает, что политика в отношении Китая может быть основана на других аспектах, таких как блокирование престижа, проистекающего из участия в проекте, или попытка сохранить американское доминирование и сдержать растущую сверхдержаву.

Таким образом, Международная космическая станция была объектом международной политики более 20 лет, став свидетелем многих событий и изменений на Земле, особенно в политической сфере. Будущее станции остается под вопросом, поскольку Россия не решается продолжить программу, а технические проблемы в последние годы растут. Она была и остается символом сотрудничества в космосе, построенным во времена глобального оптимизма после окончания «холодной войны».

Станция «Тяньгун» в Китае

В апреле 2021 года Китай запустил модуль «Тяньхэ» (Tianhe) – первый строительный блок своей новой пилотируемой космической станции. Пекин ранее запустил две небольшие космические лаборатории в рамках более широкой программы космической станции «Тяньгун», но космическая станция «Тяньгун» будет собираться в течение 2021 и 2022 годов и станет кульминацией всей одноименной программы.

Она будет состоять как минимум из трех основных модулей, и, возможно, в будущем будет добавлено больше (Jones, 2021b). Ее масса и размер будут намного меньше, чем у МКС, но она будет более сложной с точки зрения технологий, что позволит проводить современные исследования и создать постоянную среду обитания для трех человек. Возникает вопрос: почему это так важно для международной политики?

Во-первых, космическая станция «Тяньгун» станет первой настоящей постоянной космической станцией Китая на околоземной орбите, а предыдущие – «Тяньгун-1» и «Тяньгун‑2» – будут служить скорее для проверки возможностей Китая. В результате постоянная космическая станция станет маяком технологических возможностей Пекина в космосе, как и МКС для США. Космическая программа Китая всегда была ориентирована на престиж, как внутренний, так и международный (Sheehan, 2011). Таким образом, «Тяньгун» станет следующим шагом в демонстрации развития страны на протяжении многих лет.

Элемент престижа имеет решающее значение для понимания взаимодействия между космическими станциями и глобальной политикой. В условиях меняющегося баланса сил престиж играет важную роль в определении того, кто будет считаться лидером в различных областях, например – в технологиях. Создание совершенно новой постоянной космической станции с экипажем – хороший показатель амбиций Китая в международных отношениях, особенно если сравнивать ее с МКС, которая страдает парализующими техническими проблемами (BBC, 2021).

Во-вторых, Пекин, хотя его проект и не является международным по своей природе, как МКС, все же предполагает международное сотрудничество по космической станции «Тяньгун». На сегодняшний день многие страны и организации заявили о своем желании принять участие в этом предприятии, включая «Европейское космическое агентство» (The Guardian, 2021) и Россию (Jones, 2021a), с экспериментами из множества исследовательских институтов из разных стран, которые будут проводиться на станции (Mallapaty, 2021).

Установление международного сотрудничества на станции «Тяньгун» было бы очень полезно для Китая с политической точки зрения по двум причинам: (1) Китай продемонстрирует, что они создают новую международную коалицию в космосе, влияя на баланс сил на орбите – и (2) Пекин мог бы использовать космическую станцию ​​в качестве инструмента в своей дипломатии, как США сделали с МКС. Второй аспект может стать важным, если МКС будет выведена из эксплуатации в ближайшем будущем, а станция «Тяньгун» станет единственной постоянной станцией на орбите, что обусловит доступ к станции на основе благоприятной политики в отношении Китая.

Таким образом, станция «Тяньгун» является современным примером того, как политика и космические станции взаимодействуют друг с другом. Станция отражает амбиции Китая в мировой политике и демонстрирует технологические достижения страны. Хотя «Тяньгун» все еще находится в стадии разработки, она уже становится важным аспектом глобальной космической политики.

Конкуренция за господство

Сдвиги в балансе сил во всем мире, особенно соперничество между США и Китаем, оказывают прямое влияние на то, что происходит на нашей орбите, и космические станции не являются исключением. Недавно НАСА призвало не оставлять «пробела на космических станциях» после того, как МКС будет выведена из эксплуатации (Foust, 2021). Космическое агентство в настоящее время изучает возможности коммерческих космических станций на низкой околоземной орбите (НОО) – той же орбите, которую используют станции МКС и «Тяньгун». Тем не менее, если программа МКС завершится в ближайшем будущем, у Вашингтона возникнут проблемы с их положением в космосе, поскольку «Тяньгун» будет единственной постоянной космической станцией на орбите. Это может вызвать серьезные проблемы с имиджем для США, в отличие от Китая и его новой современной станции.

Возможно, космические станции отражают текущий баланс сил на околоземной орбите. Международная космическая станция возникла во время доминирования США на мировой политической арене, объединив под своим руководством старых союзников и бывших противников. Стабильность программы начала ухудшаться, когда проявились геополитические цели России, что испортило отношения между Вашингтоном и Москвой. Кроме того, подъем Китая и других игроков начал сдвиг в балансе сил, что также было замечено в космосе через амбиции, которые Китай вложил в свою космическую программу. Трудно не увидеть символику распадающейся МКС под американским руководством – и значительность возникновения китайской станции «Тяньгун» с все большим количеством стран, желающих участвовать в программе.

Источник

Использованная литература

  1. ‘Chinese cargo craft docks with future space station in orbit’, The Guardian, 30 May 2021, Accessed on 3 October 2021, https://www.theguardian.com/science/2021/may/30/chinese-cargo-craft-docks-with-future-space-station-in-orbit
  2. Chladek, J. (2017), Outposts on the Frontier: A Fifty-Year History of Space Stations, University of Nebraska Press, Lincoln.
  3. Foust, J. (2021), ‘NASA urged to avoid space station gap’, Space News, 23 September 2021, Accessed 1 October 2021, https://spacenews.com/nasa-urged-to-avoid-space-station-gap
  4. ‘International Space Station facing irreparable failures, Russia warns’, BBC, 1 September 2021, accessed on 2 October 2021, https://www.bbc.co.uk/news/world-europe-58408911
  5. Johnson-Freese, J. (2017), Space Warfare in the 21st Century: Arming the Heavens, Routledge, London.
  6. Jones, A. (2021a), ‘Russia wants to send cosmonauts to China space station’, Space.com, 22 June 2021, Accessed on on 3 October 2021, https://www.space.com/russia-cosmonauts-may-visit-china-space-station
  7. (2021b), ‘China’s Tiangong space station’, Space.com, 24 August 2021, Accessed on 3 October 2021, https://www.space.com/tiangong-space-station
  8. Logsdon, J. M. (1991), ‘International cooperation in the space station programme’, Space Policy, 7.
  9. Mallapaty, S., (2021), ‘China’s space station is preparing to host 1,000 scientific experiments’, Nature, 23 July 2021, Accessed on 3 October 2021, https://www.nature.com/articles/d41586-021-02018-3
  10. Moltz, J. C (2011), The politics of space security strategic restraint and the pursuit of national interests (2nd ed.), Stanford University Press, Stanford.
  11. Sheehan, M. (2007), The International Politics of Space, Routledge, London.
  12. Reagan, R. (1984), Address Before a Joint Session of the Congress on the State of the Union, Speech given on 25 January 1984, Accessed on 1 October 2021, https://www.presidency.ucsb.edu/documents/address-before-joint-session-the-congress-the-state-the-union-4
  13. ‘Russia plans to launch own space station after quitting ISS’, Reuters, 21 April 2021, Accessed on 2 October 2021, https://www.reuters.com/lifestyle/science/russia-plans-launch-own-space-station-after-quitting-iss-2021-04-21
  14. US State Department, Agreement Concerning Cooperation on the International Space Station. With Implementing Arrangement, signed January 29 1998, Accessed on 2 October 2021, https://www.state.gov/12927