Израильское нападение на Иран: реальная угроза или пустая риторика?

10.02.2022
У израильтян нет ни возможностей, ни ресурсов для нанесения ударов по нескольким иранским ядерным объектам, но угрозы сделать это продолжают расти.

В последние несколько месяцев израильские официальные лица заметно усилили свои угрозы атаковать иранские ядерные энергетические объекты и даже начали провокационные учения израильских ВВС, призванные имитировать удары по ядерным объектам Ирана.

В ответ на эскалацию языка и поведения Израиля иранский Корпус стражей исламской революции (КСИР) в конце декабря провел свои ежегодные военные учения, получившие название «Великий пророк 17».

Генерал-майор Хоссейн Салами, главнокомандующий КСИР, заявил, что военные учения призваны послать «очень четкий сигнал» и «серьезное, реальное предупреждение» Тель-Авиву.

«Мы отрежем им руки, если они сделают неверный шаг», – резко сказал он, – «Разница между реальными операциями и военными учениями заключается лишь в изменении углов пуска ракет».

Помимо предупреждений КСИР, есть множество причин полагать, что угрозы Израиля – не более чем пустая риторика для иностранного и внутреннего потребления. Короче говоря, у Тель-Авива может фактически не быть ни ресурсов для нападения на Иран, ни способности нейтрализовать гарантированные ответные меры Тегерана.

Многочисленные ограничения, с которыми сталкивается Израиль

Основное ограничение Израиля в проведении этих атак связано с многочисленностью и рассредоточенностью ядерных объектов Ирана.

В отличие от оперативного уничтожения израильскими ВВС ядерных объектов Ирака в 1981 году (операция «Опера») и их удара в 2007 году по предполагаемому ядерному объекту в Сирии (операция «Вне коробки»), где перед ними в каждом случае стояла задача нанести удар только по одной точке – Багдаду и Дейр-эз-Зору – в Иране Израиль столкнется с совершенно другим ландшафтом.

Иран имеет четыре типа ядерных объектов, включая исследовательские реакторы, урановые рудники, военные и ядерные объекты. Всего известно более 10 ядерных объектов, рассредоточенных с севера на юг страны.

Например, расстояние по земле от уранового рудника Гачин в городе Бандар-Аббас на юге Ирана до исследовательского реактора Бонаб на северо-западе страны составляет около 1800 километров (1118 миль). Атака такого большого количества ядерных объектов с большого расстояния потребует чрезвычайной координации и сложных операций, чтобы гарантировать, что все объекты будут поражены одновременно.

Кроме того, в последние десятилетия Иран вложил значительные средства в развитие своей противовоздушной обороны, которая в настоящее время охватывает более 3600 точек и способна локализовать свои ракеты класса «земля-воздух».

Примечательно здесь то, что Иран заявляет о самодостаточности в производстве своих ракет, благодаря чему он может производить и распространять свои ракеты без перерыва, несмотря на международные санкции. Ракета Bavar-373 – местная версия российской системы С-300 – одна из них.

Сообщается, что Bavar-373 может одновременно поражать до шести целей двенадцатью ракетами на расстоянии до 155 миль (250 км). Несколько ракет, возможно, будут выпущены по отдельной цели, чтобы увеличить вероятность поражения.

С этим мощным и объединенным оборонительным арсеналом вероятность того, что Иран выследит и уничтожит израильские военные самолеты, высока.

Еще одним ограничением для Израиля является то, что некоторые из ядерных объектов Ирана находятся под землей. Ядерные объекты, такие как завод по обогащению топлива в Фордо, где уран обогащается до уровня выше 20%, строятся на глубине 80 метров (260 футов) внутри горы. У Израиля нет специальных бомбардировщиков, способных уничтожать объекты глубоко под землей.

В то время как у США действительно есть мощные противобункерные боеприпасы, необходимые для поражения таких объектов, – 13 600-килограммовая (30 000 фунтов) массовая артиллерийская установка (MOP) GBU-57 – Вашингтон до сих пор отказывается предоставить их Тель-Авиву.

В любом случае, продавать невероятно тяжелые MOP Израилю было бы бессмысленно, поскольку у израильских ВВС нет ни самолетов, способных их доставить, ни аэродромной инфраструктуры, необходимой для поддержки этих самолетов.

Кроме того, продажа некоторых типов СС запрещена в соответствии с новым договором СНВ, также известным как «Меры по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений», между США и Россией.

Противостояние Ирану и его союзникам

В отличие от израильских авиаударов по Сирии и Ираку, которые остались без ответа, Тель-Авив прекрасно понимает, что ответ Ирана будет жестким и решительным. Внутренний военный потенциал Ирана намного превосходит его соседей, и за последние четыре десятилетия он установил прочные отношения с союзниками в Ираке, Сирии, Палестине, Ливане и Йемене, которые выразили готовность защищать Иран, если он подвергнется нападению со стороны взаимного противника.

В апреле 2021 года сирийская ракета смогла пройти через израильскую противоракетную систему «Железный купол» и взорваться рядом с секретным ядерным реактором страны в Димоне. Эти действия могут повторить такие союзники, как «Хезболла», ХАМАС и проиранские группировки в Сирии и Ираке в случае нападения на ядерные объекты Ирана.

Для удара по Ирану израильтянам придется пересечь воздушное пространство «недружественных» стран Сирии и Ирака. Даже арабские государства Аравийского полуострова вряд ли позволят израильским военным самолетам использовать свою территорию для нападения на Иран из-за боязни ответных иранских ударов.

Память о точечных ракетных ударах Йемена по нефтяному объекту Aramco в сентябре 2019 года, ошибочно приписываемых Ирану, а не Йемену, убедила государства Персидского залива в том, что повода для ответных ударов Ирана следует избегать любой ценой.

Россия также может выступить против, поскольку в случае нападения Израиля на Иран действия иранских марионеток внутри Сирии могут спровоцировать новый кризис военно-политического баланса страны.

Президент России Владимир Путин, потративший миллионы долларов на стабилизацию ситуации в Сирии, не хочет, чтобы Сирия снова перевернулась с ног на голову. А учитывая влияние России в Совете Безопасности ООН, Израиль не захочет противостоять Москве.

Перед лицом международного сообщества

США и Европа в настоящее время ведут в Вене переговоры с Ираном о возобновлении ядерной сделки в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) 2015 года, от которой отказалась предыдущая администрация США. Президент США Джо Байден стремится быстро заключить «хорошую ядерную сделку» с Ираном, отчасти для того, чтобы оторвать Тегеран от своих стратегических союзников в лице Москвы и Пекина – двух главных глобальных противников Вашингтона.

Если Израиль нападет на Иран, Тегеран может выйти из переговоров и в отместку, вероятно, поднимет уровень обогащения урана с 60% до более чем 90% (подходит для создания ядерной бомбы). Байдену нужна мирная Западная Азия, чтобы он мог с легкостью выбраться из различных трясин региона и «развернуться на Восток», чтобы сдержать Китай и окружить Россию – два его самых неотложных стратегических приоритета.

Согласно Foreign Policy, США уже давно противодействуют нападениям на иранские атомные электростанции, как подчеркивается в автобиографии бывшего министра обороны Израиля Эхуда Барака «Моя страна, моя жизнь».

«Я хочу сказать вам обоим сейчас, как президент, что мы категорически против любых ваших действий по организации атаки на [иранские] атомные электростанции», – сказал тогдашний президент США Джордж Буш Бараку тогдашнему премьер-министру Эхуду Ольмерту в 2008 году, – «Повторяю, во избежание недоразумений, мы рассчитываем, что вы этого не сделаете. И мы тоже не собираемся этого делать, пока я президент. Я хотел, чтобы это было ясно».

Нынешний подход администрации Байдена заключается в том, чтобы вернуть ядерную программу Ирана в границы 2015 года без войны или применения силы.

В октябрьской статье 2021 года Деннис Росс, специальный помощник бывшего президента США Барака Обамы и старший директор по центральному региону в Совете национальной безопасности, написал:

«Хотя они отвергают иранское оправдание действий, которые подталкивают Иран к ядерному оружию, представители администрации Байдена сказали израильтянам, как я недавно узнал в Израиле, что на Иран оказывалось "хорошее давление и плохое давление", – приводя пример саботажа в Натанзе и Карадже в качестве "плохого", потому что иранцы использовали этот случай, чтобы обогатить уран до уровня, близкого к оружейному».

Комментарии Денниса Росса показывают, что на этом этапе американцы не стремились атаковать или даже саботировать ядерные объекты Ирана, а были полны решимости предотвратить нападение израильтян на Иран.

Становится ясно, что израильские угрозы ядерному потенциалу Ирана в основном предназначены для внутреннего потребления – и, возможно, также для того, чтобы сохранить актуальность Израиля в условиях быстрых геополитических сдвигов, происходящих в Западной Азии.

Нынешний премьер-министр Израиля Нафтали Беннет в настоящее время сталкивается с безжалостной критикой со стороны бывшего премьер-министра Биньямина Нетаньяху и его политических соперников, а также с внутренним дефицитом в стране после пандемического кризиса. Нападение на чужую страну – или Газу – является основным способом Израиля отвлечь общественное мнение от внутренних проблем.

Разговоры об израильских авиаударах по Ирану представляют собой не более чем пустую риторику, несмотря на неоднократные словесные угрозы со стороны израильских официальных лиц. В данный момент у Израиля нет ни сил, ни средств для нападения на Иран, и он не может действовать в одностороннем порядке против политики США.

Источник