Интеграция в Южной Евразии

19.07.2021
Существует ряд интересных перспектив, но также и возможных проблем

В Ташкенте 15–16 июля состоялась международная конференция «Центральная и Южная Азия: региональная взаимосвязанность. Вызовы и возможности». На ней обсуждалось много вопросов, и некоторые из них выходили далеко за рамки региона. Она привлекла внимание также тем, что там было объявлено о новом проекте по афганскому урегулированию, куда – помимо самого Афганистана – вошли Пакистан, Узбекистан и США. Присутствие там внерегионального игрока заставляет насторожиться не столько по поводу эффективности работы этой «четверки», сколько о возможных провокациях, которые можно ожидать от Вашингтона на центральноазиатском направлении.

Причин для того несколько: после 20-летнего присутствия в Афганистане и разрушительной войны США пытаются снова навязать свою повестку. Если проект «строительства нации» был в Афганистане полностью провален, где гарантии, что остальные инициативы, которые навязывают США, окажутся успешными? Вероятно, что под эгидой Вашингтона будет реанимирован проект «Новый шелковый путь», где США попытаются занять ведущие позиции и контролировать политические и экономические процессы региона. Либо будут запущены какие-то дополнительные модели, направленные на консервирование региональной раздробленности.

 К тому же из «четверки» исключен Иран – непосредственный сосед Афганистана, который принимал значительное участие в урегулировании. Нет там и России, также предоставлявшей площадку для переговоров между талибами и правительством Афганистана.

 Показательно также то, что США официально акцентируют значение C5+1, исключая из этого процесса не только Иран и Россию, но и Пакистан. 16 июля на сайте Госдепартамента США появился текст совместного заявления, который был утвержден правительствами Республики Казахстан, Кыргызской Республики, Республики Таджикистан, Туркменистана, Республики Узбекистан и Соединенных Штатов Америки. Там тоже речь шла о взаимосвязанности региона, а также о защите прав человека (эта формулировка была явно внесена по требованию представителя США), но акцент был сделан на связях Южной и Центральной Азии.

То есть, данные страны сделали вид, что России, которая остается влиятельным игроком региона, не существует, и интеграционные процессы будут проходить без нее, хотя из блока C5 Кыргызстан и Казахстан являются членами ЕАЭС, Таджикистан состоит в ОДКБ, а Узбекистан еще и в ШОС.

А вот министр иностранных дел России Сергей Лавров, предложил более широкую конструктивную повестку. Конечно, он отметил, что «в свете спешного вывода контингентов США и НАТО резко возросла неопределенность развития военно-политической обстановки в этой стране и вокруг нее. Афганский кризис обостряет террористическую угрозу и проблему нелегального оборота наркотиков, который достиг беспрецедентного уровня. Очевидно, что в нынешних условиях существуют реальные риски "перетока" нестабильности в сопредельные государства. Угроза такого сценария является серьезным препятствием на пути вовлечения Афганистана в региональное сотрудничество».

Что касается России, то было предложено участие на всех уровнях в максимальном количестве любых инициатив и проектов. Особенно было отмечено следующее:

«Неотъемлемой частью процесса становления Большого Евразийского партнерства является углубление и расширение интеграционного взаимодействия в рамках Евразийского экономического союза. Хотел бы с удовлетворением отметить, что в декабре 2020 года к работе ЕАЭС в статусе наблюдателя подключился Узбекистан. Координация между действующими в Евразии интеграционными объединениями ведется, в частности, в рамках сопряжения планов ЕАЭС с проектом Китайской Народной Республики "Один пояс, один путь". Совместно с партнерами работаем над формированием взаимосвязанного пространства между Содружеством Независимых Государств (СНГ) и ШОС – через реализацию комплекса скоординированных мер в торговой, транспортной, цифровой, энергетической и других сферах».

Министр также говорил о перспективных международных проектах региона с участием России: возможности сопряжения Транссибирской железнодорожной магистрали и коридора «Европа – Западный Китай» с новыми региональными проектами, что было предложено узбекской стороной; реструктуризации энергетической инфраструктуры Центральной и Южной Азии (поскольку в ЕАЭС ведется работа по формированию единого рынка электроэнергии, то этот процесс можно синхронизировать с электрификацией Центральной и Южной Азии); а также прокладке новых газотранспортных маршрутов, включая давно обсуждаемый газопровод ТАПИ (Туркменистан – Афганистан – Пакистан – Индия). Кстати, Россия сейчас строит в Узбекистане атомную станцию, которая будет первым подобным проектом во всей Центральной Азии.

Что касается хозяина мероприятия –Узбекистана, то в первую очередь именно там хотят получить преференции от будущих логистических проектов.

Во-первых, речь идет о железнодорожной ветке «Термез — Мазари-Шариф – Кабул – Пешавар», которая соединит Узбекистан с Пакистаном. Представители трех стран подписали соответствующее соглашение. Хотя Афганистан все еще остается проблемным звеном, поскольку тот же газопровод ТАПИ так и остался на уровне концепции из-за проблем в Афганистане. Если железнодорожное сообщение сможет заработать, то это даст Узбекистану возможность выхода не только на пакистанский рынок, но и в Азиатско-Тихоокеанский регион через глубоководный порт Гвадар, который является частью «Китайско-пакистанского экономического коридора» (КПЭК). Соответственно, и Пакистан получает выход на рынки Центральной Азии. Если Узбекистан войдет в ЕАЭС, то получит выход и в это пространство тоже. Теоретически, и далее – в Европу.

Китай, соответственно, через КПЭК также усиливает свое влияние в Центральной Азии, которое и так достаточно велико в рамках инициативы «Один пояс, один путь».

Теперь нужно посмотреть на это с позиции США. Захотят ли там, чтобы все эти инициативы, потенциально приносящие дивиденды странам региона, включая официальных противников, были реализованы? Скорее всего, наоборот. США попытаются ставить палки в колеса в ходе реализации данных проектов, особенно если там будут фигурировать Россия и Китай. Следовательно, в интересах всех государств региона нужно как можно быстрее нейтрализовать влияние США и исключить их участие из максимально возможного количества проектов, направленных на интеграцию.