Феминизм: от нетерпимости до «культуры отмены»

09.07.2021
Маловероятно, что феминистское движение прекратит свою деятельность в ближайшее время – поскольку маловероятно, что какая-либо социальная оппозиция огромного масштаба в ближайшее время положит ему конец

На сегодняшний день феминизм распространен по всему миру и располагает настолько огромным экономическим влиянием и мощью, что способен оказывать воздействие на всеобъемлющий процесс развития обществ и, в некоторых случаях, даже на их законы. В связи с этим возникает вопрос: как так вышло, что движению, появившемуся в результате народной революции (в результате движения обычных людей), удалось добиться финансовой поддержки за счет общеорганизационного роста такого огромного масштаба?

Во-первых, стоит отметить, что частные компании и общественные организации покорились ценностям феминизма, чтобы подавляющее большинство их участников поддержало это движение.  Никакой идеологии не подвластно социальное единство, за исключением той, которая использует страх. К тому же, это единство обманчиво. На самом деле, идеологические феминистки составляют чрезвычайное меньшинство. Тем не менее, их огромное влияние на экономику и политику сравнимо с контролем подавляющего большинства. Исходя из этого, можно сделать вывод, что они оказывают огромное влияние не потому, что представляют интересы большинства (и поэтому компании и политические партии заручаются их поддержкой), а лишь потому, что все происходит наоборот: поддержка феминисток очень ценится, поскольку они влиятельны.

Версии о возвышении американской феминистки Глории Стейнем

Для того чтобы понять количество ресурсов, которыми располагает современный феминизм, стоит вернуться к истокам его финансирования, поэтому обратимся к Глории Стейнем – ко времени, когда феминизм еще не существовал в нынешнем виде. В то время Стейнем была обычной студенткой, не имеющей возможности влиять на общество, поэтому кажется странным, что кто-то захотел финансировать ее движение, что, в свою очередь, привело к появлению различных теорий о том, почему это произошло и кто стоял за этим решением.

Согласно первой теории заговора, именно американская семья политиков, промышленников и банкиров – Рокфеллеры – основала феминизм, чтобы положить конец нуклеарной семье, открыть трудовые возможности женщинам и, таким образом, обложить налогом гораздо больший процент общества.

Однако, на самом деле, «Фонд Рокфеллера» финансировал образовательные программы для женщин, которые способствовали подъему феминизма, но сами по себе программы появились гораздо позднее, и утверждение, что Рокфеллеры были первыми на этом поприще, не соответствуют имеющимся данным.

Во-первых, нет никаких данных вплоть до 1973 года о том, что «Фонд Рокфеллера» начал финансировать феминистское движение, спустя долгое время после своего создания. На самом деле, в 1960-е годы кампании Рокфеллеров были направлены в первую очередь на обеспечение расового равенства, а до этого – на медицину. Стало быть, они не могут считаться здесь первыми.

Во-вторых, к тому времени женщины уже получали заработную плату за проделанную работу в течение двух столетий, и после появления феминизма никаких изменений в ускоренном темпе не наблюдалось, так что если речь идет о теории заговора для увеличения занятости женщин, то мы имеем дело с самыми некомпетентными заговорщиками в мире. С другой стороны, маловероятно, что такая кампания могла сработать, потому что она имплицитно основана на идее о том, что женщины не работали, потому что не хотели, а это привело бы к дефициту рабочей силы, которого нигде не наблюдается. Скорее, причинно-следственная связь обратная: женщины начали работать по мере роста спроса на рабочую силу, как было объяснено мною в одном из видео.

Наконец, доказательства в подтверждение этой гипотезы очень слабые, поскольку они опираются на слова только одного человека, американского бизнесмена Аарона Руссо. Сам Руссо не вызывает доверия и утверждает, что о «заговоре» ему лично рассказали Рокфеллеры во время разговора, которого, возможно, вообще никогда даже и не было. Из‑за отсутствия доказательств и существования противоречий в этой трактовке можно сделать вывод о том, что «Фонд Рокфеллера» не был первоначальным толчком для роста феминизма, а начал поддерживать феминизм только после того, как стало ясно, что это будет выигрышной стратегией.

Согласно имеющимся данным, первоначальными покровителями Глории Стейнем в 50-е годы были руководители ЦРУ. Эту информацию можно подкрепить не только перечнем документов, опубликованных радикальной феминистской группой Redstockings, которая раскрыла эту информацию, но и словами самой Стейнем, которая сообщила об этом в ходе интервью. Таким образом, известно, что где-то в 1959 году, когда Стейнем еще была студенткой колледжа, она связалась с людьми из ЦРУ и начала получать от них финансирование. Причины такого решения неизвестны, в результате чего появились различные толкования.

«Полезная дура»?

Первая интерпретация, так называемая «наивная интерпретация», принадлежит самой Глории Стейнем. По ее словам, она искренне верила, что у нее есть союзники в ЦРУ и что организация на самом деле была прогрессивной, гуманной и честной, вопреки распространенной в то время репутации. Вторая интерпретация – так называемая «умеренная злонамеренная интерпретация», которая предполагает, что ЦРУ намеревалось использовать Стейнем для разрушения радикальных движений изнутри, поэтому использовало именно ее. Наконец, «радикально злонамеренная интерпретация» заключается в том, что ЦРУ поддерживало Стейнем для того, чтобы сознательно усилить те же самые радикальные движения, зная, что они разрушительны, и тем самым осуществить некую социальную трансформацию: другими словами, ЦРУ и Стейнем использовали друг друга для своих целей. Из этих трех интерпретаций, на мой взгляд, наиболее убедительной является интерпретация «умеренной злонамеренности».

Наивная позиция, которая гласит, что ЦРУ действовало добросовестно, искренне веря в прогрессивные ценности, легко разрушается всеми систематическими заговорами и пытками, которые были раскрыты в последующие годы – и которые несовместимы с прозрачностью и добрыми намерениями, приписываемые Стейнем. Более того, в 1959 году США все еще находились под сильным влиянием маккартизма в разгаре «холодной войны», и маловероятно, чтобы правительство активно стремилось финансировать социалистов, вроде Стейнем, честным путем.

Из двух оставшихся теорий более вероятной представляется интерпретация «умеренной злонамеренности». Известно, что в то время, когда это произошло, ЦРУ уже использовало «своих» студентов для срыва мероприятий, организованных людьми, симпатизирующими советскому режиму. Эти студенты действовали через подставные компании, такие как Independent Research Service, членом которой была Глория Стейнем. Таким образом, данные свидетельствуют о том, что она, прежде чем стать лидером феминизма, была неким инструментом дерадикализации своих коллег-активистов. Это также объясняет, почему кто-то решил финансировать девушку, не имеющую реальной власти: ЦРУ поддержало Стейнем не из-за ее власти, но потому, что она была впечатлительной молодой активисткой, легко манипулируемой и полностью зависимой от своих спонсоров.

Проводя параллели, Глорию Стейнем 1959 года можно сравнить с Гретой Тунберг 2020 года. Она была избрана не за свои способности, а, скорее, за их отсутствие. Несколько признаков указывают на степень впечатлительности Стейнем, начиная с ее некритического принятия радикального феминизма 1960-х годов. А также показательна частая смена идей, которую она проявляла на протяжении всей своей жизни. Работая в ЦРУ, она подписала отчет, в котором утверждалось, что расизм практически искоренен в обществе; спустя годы, став феминисткой, она заявила, что борется против него. В начале своего карьерного роста она сравнивала брак со своего рода рабством, но после замужества она защищала себя, утверждая, что ее положение не изменилось, но ее выбор в то время был оправдан. По мере того, как менялось ее окружение, менялись и ее слова. Хотя Стейнем была политическим лидером, она никогда не была интеллектуальным лидером. В отличие от своих сверстников, она не оставила никаких письменных трудов, не внесла никаких оригинальных идей, лишь повторяя то, что уже было сказано другими людьми. Все это, в сочетании с ее наивностью о характере ЦРУ, наводит на мысль, что Стейнем была для них просто «полезной дурой».

Могущество феминизма

Ее связь с феминизмом и слава пришли лишь позднее, когда в 1963 году она опубликовала в газете статью, в которой рассказала о своем опыте работы в качестве официантки Playboy, носившей костюм «кролика». Статья, озаглавленная «История Банни», совпала с началом феминистского движения и сексуальной революции и сделала ее одной из новаторских фигур, наряду с Бетти Фридан. Одновременно сексуальная революция, вызвавшая рост числа неполных семей и, как следствие, рост числа матерей-одиночек и преступности, положила начало эпохе непрерывного роста общественной помощи и государственных расходов.

Косвенным образом открытие противозачаточных таблеток привело к  созданию «золотого века» для политической активности.

И именно этим смогли воспользоваться феминистки. Три года спустя, в 1966 году, Бетти Фридан основала «Национальную организацию женщин», невероятно успешную лоббистскую группу, которая сегодня зарабатывает более трех миллионов евро в год. Эта организация начала успешную политику финансирования за счет подписки своих членов, но она также получила пожертвования от филантропов «левого» течения (некоторые из них – Рокфеллеры и Джордж Сорос), которые составляют до половины ее доходов.

Вероятно, вдохновленная успехом «Национальной организацией женщин» Глория Стейнем присоединилась к Бетти Фридан в 1971 году, чтобы основать National Women's Political Caucus («Национальное политическое собрание женщин»), другую лоббисткую партию. Но в данном случае целью было не просто поднять шум в СМИ, требуя от политиков принятия мер в интересах женщин, а выдвинуть своих кандидатов-женщин на важные посты в политических институтах. Несмотря на кажущуюся незначительность этого собрания по отношению к тому, чего феминистское движение достигло сегодня, можно увидеть в нем поворотную точку, которая ознаменовала начало порочного круга, дошедшего до наших дней: как и в любом лобби, большая политическая власть подразумевает более благоприятный режим при получении финансирования, а большее финансирование подразумевает больше возможностей для получения политической власти.

Год спустя, в 1972 году, Стейнем основала журнал «Мисс» с помощью американского журналиста Клэя Фелкера, который предоставил ей финансовые ресурсы и связи. В результате, этот журнал стал неким инструментом, с помощью которого феминизм обрел медийную силу, чтобы охватить широкую общественность и внедрить свою идеологию в массовую культуру. К этому времени феминизм уже начал проникать во все сферы жизни в США (от политики до других институтов), и его продвижение могло приобрести совершенно иной путь.

Шаг во тьму

Одновременно с происходящими событиями, в Англии некая женщина, не связанная никаким образом с феминизмом, Эрин Пицци, боролась за предоставление убежища для мужчин и женщин, подвергшихся жестокому обращению. При ограниченной поддержки в лице двух местных миллиардеров Дэвида Астора и Невилла Винтсента, которые оказали ей финансовую поддержку только для помощи лиц женского пола. Пицци, которая на сегодняшний день является ярой противницей феминизма, стала первой, кто начал задумываться и бороться против жестокого обращения с людьми. Для этой цели в 1974 году ей даже удалось построить сеть известных реабилитационных центров в Великобритании. В это время она решила, что было бы неплохо объединиться в федерацию, чтобы иметь возможность организоваться на национальном уровне и получать поддержку правительства. Однако это привлекло внимание английских феминисток, которые были радикально настроены против своих американских предшественниц. Некоторые из них приехали из США, чтобы обучить своих британских коллег феминистской теории. Таким образом, многочисленные группы высокоорганизованных феминисток прислушались к призыву Эрин Пицци и взяли под контроль федерацию изнутри, избрав себя лидерами.

Получив право контролировать национальные организации, выступающие против жестокого обращения, феминистки изгнали из собственных приютов лиц мужского пола и их детей, подвергшихся жестокому обращению, и затем завладели всеми источниками финансирования для продвижения своей идеологии. Также именно в этот период различные феминистские группировки начали настолько ненавистно относиться к Пицци, что спустя годы ей пришлось покинуть страну из-за угроз в ее сторону. Более того, права на ее книги были куплены феминистскими издательствами, преследуя единственную цель – заставить ее замолчать, изъять книги из продажи и постепенно уничтожать уже напечатанные экземпляры. Таким образом, феминистские идеологи получили монополию на деньги и право на речь в англосаксонских странах.

Только в этот момент американские спецслужбы, похоже, осознали, что феминизм вышел из-под контроля. Так, в 1975 году в газете The New York Times была опубликована статья, приводящая высказывания ФБР из отчета, в котором они видели в  Глории Стейнем опасность для национальной безопасности и советовали не продолжать с ней никакого правительственного сотрудничества. По этой причине Стейнем была отстранена от возможной должности советника в Министерстве юстиции США. Однако рост феминизма уже нельзя было остановить.

Богини Нового мира

В том же самом году, именно в 1975-м, (а также в 1980-м, 1985-м и 1995-м) были проведены международные встречи на высшем уровне по правам женщин. Из-за преследования и угроз в адрес феминисток – таких, как Эрин Пицци, развитие феминизма   привело к основанию институтов и денежных фондов в ООН, управляемых исключительно с феминистской точки зрения. Таким образом, при обязательном денежном взносе членов ООН, феминизм получил поддержку практически во всех мировых правительствах.

Добавим, что в 1985 году в США была создана организация под названием EMILYs List для распределения миллионов долларов на политические кампании тех кандидатов, которые ратуют за идеи феминизма, особенно, если эти кандидаты – женщины. Согласно последним доступным данным, опубликованным в 2017 году, годовой доход организации EMILY's List составил 90 миллионов долларов, которые она частично направила на развитие политической карьеры известной феминистки Хиллари Клинтон. Организация EMILY's List соответствует европейской организации под названием «Европейское женское лобби», которая начала свою деятельность в 1987 году и к 1990 году уже полностью оформилась. Именно этим двум организациям, по всей видимости, обязана своим успехом феминистская политика в западном мире.

Глобальная мощь феминизма немного возрастет после саммита в Пекине 1995 года, в результате которого все страны приняли решение придерживаться принципов, установленных феминистским организациями и навязанными с особой настойчивостью (и с явным намерением вывести на его глобальный уровень) такими женщинами, как Хиллари Клинтон.

Одержав очевидную победу, феминизм остановился в своем развитии на несколько лет, потому, возможно, что уже нечего было завоевывать. Тем не менее, где-то в 2005 году Глория Стейнем, Джейн Фонда и Робин Морган основали «Женский медиа-центр» (Womens Media Center). Эта организация, в отличии от предшествующих ей, ставила себе цель не создать собственные каналы распространения идей феминизма (как это делали журнал «Мисс» и другие похожие издания), а заставляла всех остальных создателей движения соответствовать собственным идеям.

Неопределенное будущее

Это, вероятно, стало поворотным моментом, который положил начало новой эре культурной революции, характеризующейся мягкой цензурой и «культурой отмены». Например, экранизация «Жемчуга Дракона» отменяется за сексизм, поскольку не соответствует гендерным ценностям, и социальные сети сотрясает буря негодования. Данный аниме-сериал был воспринят как сексистский, согласно новому гендерному закону. Многие классические истории были отменены из-за того же фанатизма. Школьные библиотеки подвергаются чистке. Многие учителя боятся подвергнуться цензуре. Феминистский тоталитаризм добрался до нас. Конечно, многие из крупных американских компаний, ставших объектом пристального внимания «Женского медиа-центра», владеют хорошим процентом акций компаний, действующих в Испании, поэтому любое решение, принятое по другую сторону Атлантики, окажет влияние и здесь.

Что станет с феминизмом? Неизвестно. Однако его взлет по праву можно считать космическим, ведь он не встретил никакого сопротивления на своем пути. Сила голосов, которые пытались бросить ему вызов, была ничтожной, с точки зрения их фактического влияния, а в некоторых странах крайности феминизма кажутся столь же очевидными, как и существующая социальная пассивность.

Таким образом, кажется маловероятным, что феминистское движение прекратит свою деятельность в ближайшее время – именно потому, что маловероятно, что какая-либо социальная оппозиция огромного масштаба в ближайшее время положит ему конец. Исходя из этого, наблюдая за тем, как мало сфер общественной жизни еще не затронуты феминизмом, остается только гадать, какой будет следующая цель этого движения.