Экономика Ирака в политическом хаосе

16.06.2022
США пытаются закрепиться в экономике Ирака, хотя у России с Ираком наблюдается хороший политический диалог

Экономический рост является важнейшим компонентом содействия долгосрочному процветанию всех иракцев. Однако политическая нестабильность, недостаточная инфраструктура и отсутствие финансовой и институциональной поддержки затрудняют процветание малых и средних предприятий (МСП) в Ираке.

США пытаются установить свое влияние в стране, работая с правительством Ирака, экономическими лидерами и лидерами гражданского общества, а также уязвимыми общинами. USAID под видом содействия долгосрочному экономическому росту путем диверсификации и укрепления частного сектора и улучшения инвестиционного климата для бизнеса на данный момент занимается первичным сбором информации.

США пытаются повлиять на экономическую ситуацию с незаявленной целью закрепиться в этой стране через инвестиции. В рамках инвестиционной инициативы по Ближнему Востоку и Северной Африке (MENA II), стоимостью 21 млн долларов США, USAID оказывает поддержку квалифицированным предприятиям в Ираке с доступом к капиталовложениям и услугам по развитию бизнеса для повышения конкурентоспособности на уровне фирм и увеличения их доходов.

Эта деятельность инвестирует в иракские фирмы через GroFin, финансовую структуру по развитию, специализирующуюся на финансировании и поддержке малого и растущего бизнеса на Ближнем Востоке и в Африке. MENA II также предоставляет техническую помощь и другие деловые услуги для поддержки отдельных иракских малых и средних предприятий (МСП), создающих, формализующих и устойчиво расширяющих свой бизнес. На сегодняшний день MENA II поддержала 100 предпринимателей и инвестировала дополнительные 4 миллиона долларов в поддержку МСП на севере Ирака для противодействия негативным экономическим последствиям пандемии COVID-19.

Проект «Устойчивые общины и экономические возможности» (DCEO/Tahfeez), стоимостью 125 миллионов долларов США (известный на арабском языке как «Tahfeez», что означает «поощрение»), помогает улучшить средства к существованию наиболее уязвимых общин Ирака за счет роста местного частного сектора и создания рабочих мест. Проект DCEO/Tahfeez работает с микро-, малыми и средними предприятиями (ММСП) для поддержки развития местных бизнес-ассоциаций и сетей, выявления барьеров для роста и торговли и коллективной пропаганды изменений в политике для улучшения местной деловой среды. DCEO/Tahfeez также определяет лиц, имеющих право на поддержку через Фонд Марла, и поддерживает их через предпринимательство, ускорение бизнеса и услуги по росту предприятий.

Проект USAID «Подотчетность в области управления и эффективности деятельности в Ираке» (IGPA/Takamul) (известный на арабском языке как «Takamul», что означает «интеграция»), направлен на улучшение средств к существованию этнических и религиозных меньшинств в северном Ираке. IGPA/Takamul предоставляет МСП индивидуальные услуги по развитию бизнеса для расширения их доступа к различным рынкам и привлечения новых инвестиционных возможностей частного сектора.

Проект также направлен на восстановление репутации равнин Найнава как житницы Ирака и содействие динамичным, многоэтническим инвестициям в регионе путем сопоставления местных МСП с потенциальными источниками финансирования, чтобы помочь владельцам бизнеса восстановить и расширить свой бизнес.

 В декабре 2019 года IGPA организовала Инвестиционный форум Ninewa в Эрбиле, чтобы продемонстрировать 20 готовых к инвестициям предприятий международным частным инвесторам. Событие вызвало как череду захватывающих проектных возможностей, так и повышение доверия инвесторов.

В 2019 году Ирак начал вводить импортные тарифы на основе Гармонизированной системы классификации в диапазоне от нуля до 30%. На многие товары импортеры облагаются единым тарифом в размере всего 5%, который распространяется на все, кроме продуктов питания, медикаментов, книг, одежды и продуктов, связанных с гуманитарной помощью или восстановлением Ирака.

Согласно федеральному Закону об инвестициях, любые проекты, инициированные через Национальную инвестиционную комиссию (NIC) или созданные в свободной зоне, будут освобождены от этого тарифа на период времени, определенный классификацией импорта.

Экономика уверенно росла в 1-м квартале, чему способствовало ежегодное увеличение добычи нефти более чем на 9%, поскольку ограничения ОПЕК+ постепенно ослаблялись. Кроме того, рост цен на нефть увеличит государственные доходы.

Эта же динамика более высокой добычи нефти и цен должна способствовать экономическому импульсу во 2-м квартале. Тем не менее, новое правительство еще не сформировано – примерно через семь месяцев после выборов – из-за разногласий между шиитским движением священнослужителя ас-Садра и его политическими соперниками, поддерживаемыми Ираном. Это, вероятно, ограничивает способность страны переводить более высокие нефтяные доходы в увеличение государственных расходов, а также тормозит широко разрекламированное энергетическое соглашение на сумму 27 миллиардов долларов США с TotalEnergies.

Однако есть и проблемы. Рост цен на продовольствие после событий на Украине будет давить на покупательную способность и уже привел к протестам на юге страны в марте.

Также вероятность экстремальных тепловых волн, нехватки электроэнергии, отсутствия нового правительства и повышенной нестабильности, представляют значительные риски. По прогнозам, тем не менее, ожидается рост на 7,8% в 2022 году, что на 0,6 процентных пункта выше оценки прошлого месяца, и рост на 4,5% в 2023 году.

Что касается взаимодействия с Россией, то в 2001 году Россия вышла на первое место по суммарной стоимости товарооборота с Ираком ($7,7 млрд) среди стран-участниц программы «Нефть в обмен на продовольствие».

В 2019 году товарооборот России с Ираком составил $264,5 млн.

У России с Ираком наблюдается хороший политический диалог на разных уровнях. В условиях пандемии делегационный обмен сильно сократился, но это не означает прекращение общения. Просто оно велось по другим каналам.

Выстроены доверительные отношения с официальными членами руководства Ирака и со всеми ведущими политическими силами страны. Причем благодаря взвешенной политике Российской Федерации на иракском направлении сложились равноправные партнерские взаимоуважительные отношения. Россия не вмешивается во внутренние дела, при этом ей удается общаться со всеми иракскими политическими силами – даже с теми, которые конфликтуют друг с другом. Ирак, в то же время, является полем конкуренции определенных стран. Их дипломатические представители здесь имеют большой вес, однако они имеют ограничения в общении. У России, в этом смысле, подчас нет сопоставимых материальных, военных и других ресурсов.

В части торгово-экономического сотрудничества ситуация, к сожалению, не настолько блестящая, как могла бы быть. В период пандемии сильно просел товарооборот между странами, но сейчас обе стороны работают над его возвращением к прежним показателям.