Добро пожаловать «не домой»!

17.11.2021
Миграционный коллапс на границе США и Мексики вскрыл старые и новые проблемы региона и политики Вашингтона

Спустя более 18 месяцев изоляции в ноябре открываются сухопутные границы между США, Канадой и Мексикой, которые ранее были закрыты для несущественных поездок: туристических путешествий, посещения друзей и т.д. В связи с этим на территории между Америкой и ее ближайшим южным братом начинает нарастать определенная степень напряжения: длинная вереница мигрантов, которые готовы простоять под палящим солнцем многие дни, подтягивается к Тихуану явно с иными целями, чем предполагает правительство Вашингтона. Семьи с детьми, женщины с младенцами – одни из тех, кто в первых рядах стоит на пограничных постах. Вполне закономерно предположить, что такая ситуация повышает общий криминальный уровень на близлежащих территориях. Возникают закономерные вопросы: каковы предпосылки данной ситуации? Что же происходит в данный момент? И что можно ожидать в будущем? Для ответа на них предстоит понять специфику данной проблемы.

Для начала стоит вспомнить одно из самых скандальных решений, которое принял Вашингтон на заре глобальной пандемии в мае 2020 года – Title 42 expulsion. Подписанный Трампом указ предполагал на основе Кодекса Соединенных Штатов Америки и его раздела 42 (Глава 6А, Подглава 2, Часть G, раздел 265) ограничить въезд в страну и отказать в предоставлении убежища эмигрантам. Данная программа предполагала не только полное закрытие границ для ограничения развития коронавирусной инфекции из-за возможных фальсификаций при предоставлении информации об инфицировании и заражений работников таможенной службы, но и экстрадицию лиц, находящихся на территории США в ожидании предоставлении убежища. Так как процесс предоставления гражданства занимает часто не месяцы, а годы, многие из «неграждан» успели обзавестись постоянной работой, родить детей, которые сразу же стали полноправными жителями Соединенных Штатов по праву рождения. Их возвращение на родину было болезненным: полностью оторванные от старого мира, они оказались изгнаны новым. Большое количество по возвращении селились в северных штатах Мексики, поближе к северному брату, в надежде в скором времени снова пересечь границу и вернуться к привычной жизни. Чтобы прокормить семьи, приходилось браться за любую предлагаемую работу: это отразилось на рынке труда и уровне оплаты, сниженном благодаря спекуляциям местных бизнесменов.

Немалое удивление демократов вызвало решение Байдена продолжить программу, созданную при правительстве предшественника. Возможно, здесь сыграло роль и то, что, несмотря на все увещевания либерально-настроенных политиков и граждан, правительство Соединенных Штатов понимает, насколько губительным может оказаться открытие шлюза после стольких месяцев экстрадиции и приостановления межнациональных передвижений.

Ранее искавшие убежище мигранты вернутся полными семьями в знакомые места, которые могли модифицироваться за 20 месяцев пандемии и стать полностью неприспособленными к принятию столь большого потока людей. При этом стоит учитывать не только старых, но и новых соискателей гражданства США.

Скорее всего, приграничная территория Америки на долгие месяцы превратится в зону напряжения со всеми сопутствующими ей чертами: криминальным ростом, вниманием западных правозащитников, обещаниями президентов обоих стран и т.д.

Помимо собственно жителей Мексики к границе с Соединенными Штатами подтягиваются потоки беженцев из Венесуэлы, стремительно надвигающихся в поисках лучшей жизни. Невозможно отрицать, что в состоявшейся ситуации есть определенная доля вины самого Вашингтона: используя экономические санкции против Венесуэлы, которые в большей степени отражаются на самых незащищенных слоях общества, а не на главных игроках страны, оно тем самым провоцирует ухудшение финансового положения граждан. Используя «мягкую силу» и создавая образ открытой и процветающей страны, Соединенные Штаты убеждают венесуэльцев, что эмиграция – единственный способ осуществления мечты о достойной жизни без сильных экономических и политических перипетий, стимулируют их к преодолению мексиканской территории. Однако на границе весь этот воздушный образ сталкивается с реальностью: США настороженно относятся к большинству жителей стран Латинской Америки. Таким образом, они ставят в неудобное положение не только себя и граждан Венесуэлы, но и Мексику, которая становится своеобразным перевалочным пунктом всех беженцев.

Если рассматривать действия Вашингтона, то это более всего напоминает средневековую осаду городов: отрезая от любых коммуникаций крепость (в данном случае благодаря доминирующему положению в регионе разрубая экономические взаимоотношения между страной-противником и ближайшими партнерами), войска многие месяцы выжидают окончания запасов продовольствия и уничтожают каждого беглеца до начала финального сражения.

Используя санкции, США, как средневековый захватчик, провоцируют экономические кризисы и потоки мигрантов, но при этом остаются недоступными.

Также кажется крайне странным обратно пропорциональное соотношение упоминаний именно венесуэльской ситуации в сравнении с мексиканской: несмотря на то, что большая часть латиноамериканцев на границе так или иначе родились и выросли в Мексике, более частой темой обсуждения в СМИ становится именно венесуэльский вопрос. Здесь играет роль и то, что все-таки правительство Андреса Мануэля Лопеса Обрадора в нынешний момент исполняет роль пешки в руках «старшего брата» и старается сгладить углы при будущей встрече глав трех государств (США, Канады и Мексики), которая состоится 18 ноября. Согласно информационной бюллетене о двусторонних отношениях: «Мексика и Соединенные Штаты являются верными партнерами в управлении миграцией и помощи в устранении ее коренных причин. Мексика является страной происхождения, транзита и назначения для мигрантов и соискателей убежища в регионе». Главным здесь является статус приграничной территории как буферной: от располагающихся здесь беженцев страдает мексиканское население, а значит кажется крайне важным перекинуть ответственность за это на плечи Николаса Мадуро, одного из противостоящих Вашингтону лидеров латиноамериканского региона. Это в последствии позволит оправдать агрессивные меры в сторону Венесуэлы.

В нынешний момент можно отметить рост попыток нелегального пересечения границы и зафиксированных случаев исчезновения людей на границе. По словам губернатора штата Веракрус Куитлауак Гарсия, соглашаясь на предложения об ускоренном попадании в Америку, беженцы могут оказаться в ловушке: нередки случаи, когда множество мексиканцев, в том числе дети, оказываются заперты в ящиках грузовиков без воды и при высокой температуре.

Пока постепенно открываются границы, Соединенным Штатам предстоит решить множество проблем, причиной которых стала их политика в регионе. С одной стороны, из-за предшествующей экстрадиции увеличивается количество мигрантов на границе. Выходом может стать либо жесткие меры по ограничению потока (что может спасти южные штаты от резкого наплыва латиноамериканцев), либо политика открытых границ, которая на время решит проблему, но станет одним из стимулов развития наркотрафика и принесет сильные неудобства как местным жителям, так и в целом системе (именно ей предстоит заниматься процессами по признанию гражданства, дотациями и размещению новых людей). С другой стороны, несмотря на главное требование при пересечении границы – наличие прививки от коронавируса – вполне вероятно, ухудшится эпидемиологическая ситуация в стране из-за возможных ковид-диссидентов.

Со стороны Мексики в будущем вполне ожидаемы ограничения на въезд для венесуэльцев. Под настойчивыми требованиями США придется ввести визовый режим (которого сейчас нет для граждан Венесуэлы) или осуществлять проверку на наличие обратных билетов и платежеспособности при пересечении границы. Возможно, будущие переговоры трех стран 18 ноября затронут эту тему. Но ограничительные меры вряд ли смогут хоть как-то исправить ситуацию на ближайшие месяцы – двигатель запущен.