Бреттон-Вудский кризис доверия

12.10.2021

Несмотря на такие неудачи, как Великая рецессия и пандемия COVID-19, мировая экономика со времен Второй мировой войны в целом развивалась чрезвычайно успешно. Этот успех был подкреплен созданием послевоенной глобальной экономической системы и ее центральных институтов: Международный валютный фонд (МВФ), Всемирный банк и Всемирная торговая организация (ранее – Генеральное соглашение по тарифам и торговле). Присоединившись к Бреттон-Вудским учреждениям, страны всего мира согласились подчинить свое экономическое поведение верховенству международного права.

Все эти учреждения имеют руководящие органы с представителями государств-членов, а также высококвалифицированный технический персонал для выполнения своей работы. Периодические доклады, которые они готовят, являются важными источниками информации и анализа. Но один из этих отчетов, ежегодный выпуск Doing Business («Ведение бизнеса») от Всемирного банка, стал источником больших разногласий.

Цель отчета Doing Business состояла в том, чтобы сообщать о нормативно-правовой среде каждого государства-члена, элементы которой включают юридические процедуры, время ожидания, начальные затраты, эффективность судебной системы, а также доступность и надежность основных коммунальных услуг (например, электричества). Эти и многие другие факторы определяли общий рейтинг каждой страны. Например, в отчете за 2018 год Новая Зеландия заняла самое высокое место, а Сомали – самое низкое.

Хотя ни одна методика не является совершенной, процедура определения рейтинга была прозрачной, а показатели в каждом отчете были максимально объективными, даже если они опирались также на неофициальные данные. Отчеты Doing Business пользовались большим авторитетом и, следовательно, широко использовались не только национальными директивными органами в качестве показателя того, как правила и индексы их страны сравниваются с другими, но также независимыми исследователями, фирмами и финансовыми учреждениями, рассматривающими возможность инвестиций за рубежом. Нередко глава правительства давал указания своим министрам проводить политику, направленную на повышение рейтинга.

Многие исследователи, включая меня, рассматривали отчеты Doing Business как единственно значимую публикацию Всемирного банка. Банк публиковал индивидуальные показатели вместе с общим рейтингом, поэтому любой, кто усомнился в весовом коэффициенте, мог применить свой собственный. В то время как некоторые правительства проводили «потемкинские реформы» – фасадные, а не по существу, – было гораздо больше примеров политики, вдохновленной Doing Business, которая снижала издержки и повышала производительность. Как и во всех публикациях международных экономических институтов, доверие к Doing Business было ключом к его успеху.

Но после отчета за 2018 год появились жалобы на использованные данные, что побудило Всемирный банк поручить авторитетной юридической фирме WilmerHale провести расследование. В ее отчете, опубликованном в прошлом месяце, были обнаружены серьезные нарушения относительно рейтинга Китая в отчете за 2018 год. Следователи сообщают, что Кристалина Георгиева, исполнительный директор Банка (вторая по значимости должность), которая с тех пор стала директором-распорядителем МВФ, призвала сотрудников пересмотреть результаты для Китая, а затем «изучила ... способы изменения методики для повышения рейтинга Китая». В отчете также отмечается, что Банк был заинтересован в умиротворении Китая, поскольку в то время он искал поддержки Китая для увеличения капитала.

В целом, следователи предоставили достаточные доказательства причастности Георгиевой, чтобы вызвать серьезные сомнения в достоверности и добросовестности Doing Business. Нынешний президент Всемирного банка Дэвид Малпасс приостановил публикацию отчета за 2021 год и прекратил будущие. Банк, несомненно, изучит и изменит свои процедуры, чтобы предотвратить подобные попытки манипулирования в будущем.

Доверие имеет критическое значение для столь важной работы, которую выполняют МВФ и Всемирный банк. В обеих организациях работают авторитетные исследователи, экономисты и статистики мирового класса, а также преданный своему делу персонал. Они знают, что они – государственные служащие, а не политики; все они очень преданы своей работе. Правда, в ряде случаев (некоторые из них мне известны) на политическом уровне оказывалось давление с целью поддержки определенной программы кредитования или политической позиции. Но основная часть работы руководства состоит в том, чтобы оградить персонал от неоправданного вмешательства в их отчеты и анализы.

Попытка изменить рейтинг одной страны в межгосударственном отчете является вопиющей не только потому, что это подрывает доверие к отчету, но и потому, что это наносит вред другим странам, рейтинги которых в результате меняются. Когда страна падает в рейтинге, ее способность привлекать иностранных инвесторов и бизнес может быть занижена.

Подобно жене Цезаря, руководители МВФ и Всемирного банка должны быть вне подозрений в надзоре за работой своих учреждений и обеспечении целостности данных, на которых основана эта работа. Действия Георгиевой, о которых сообщалось, безусловно, вызывают серьезные сомнения в ее заботе о целостности данных, в том числе в контексте ее новой роли.

Если будет сочтено, что директор-распорядитель МВФ поддается давлению с целью изменения данных и анализа, доверие к работе Фонда значительно снизится, если вообще не будет утрачено. Одно дело, когда управляющий директор призывает Совет директоров утвердить программу сомнительного качества на основе отчета, содержащего честный отчет о ситуации. Совсем другое дело – оказывать давление на персонал, чтобы он изменил цифры.

Если Георгиева останется на своем посту, она и ее сотрудники, несомненно, будут вынуждены изменить данные и рейтинги ряда стран. И даже если они будут сопротивляться отставке, подготовленные ими отчеты будут вызывать сомнения. Вся работа учреждения будет обесценена. Одной этой перспективы должно быть достаточно для политических хозяев МВФ, чтобы найти нового директора-распорядителя, чья забота о соблюдении целостности работы не ставится под сомнение.

Источник