Антироссийская «идея фикс» Вашингтона

19.03.2021
Внешнеполитический истеблишмент ставит ненависть к Москве выше интересов Америки

«Холодная война» вернулась. Многие аналитики представляют себе новую борьбу против Китайской Народной Республики. Но кажется невероятным, что в политическом руководстве США определенная группа рассматривает Российскую Федерацию как вечного врага Америки. В самом деле, членам неформальной фракции «Россия как враг» в Атлантическом совете кажется ужасным, что кто-то не согласится с их программой военного сдерживания и экономического обнищания.

«Интервенционистская группа» Вашингтона, как ее еще называют, процветает больше всего, когда у США есть враг. Советский Союз был основной угрозой во время «холодной войны», что позволяло оправдывать постоянно расширяющуюся систему национальной безопасности. Дополнительную опасность представляли Северная Корея, Вьетнам, Куба и Китайская Народная Республика. Военно-промышленно-интеллектуальный комплекс неуклонно рос, поглощая все, что было до него. Мало кто выиграл в этом противостоянии больше, чем военные из вашингтонского аналитического центра.

Увы, падение Берлинской стены, распад Советского Союза и исчезновение Варшавского договора смутило заядлых ястребов. Как оправдать продолжение существования огромной военной машины, созданной такой колоссальной ценой? Представители НАТО даже предложили сместить акцент альянса на борьбу с войной с наркотиками и поощрение студенческих обменов, что явилось ярким примером использования экономики общественного выбора в действии. Колин Пауэлл, тогдашний председатель Объединенного комитета начальников штабов, едко заметил: «У меня кончаются демоны. У меня заканчиваются негодяи. Я остановился на [Фиделе] Кастро и Ким Ир Сене».

Какое-то время Москва находилась вне списка врагов Америки. Остатки печально известной «Империи Зла» Рональда Рейгана, которая простиралась от Европы до Тихого океана, представляли собой руины нации, разоренной экономически и политически дестабилизированной. Однако геополитический коллапс и унижение, показная и безудержная коррупция, политическая некомпетентность и неудачи посеяли семена антагонизма и реваншизма.

Хуже того, высокомерие Запада было на подъеме. Лидеры США и Европы беззастенчиво нарушили свои заверения в том, что НАТО не будет расширяться, выстроив границы альянса в пределах ста миль от Санкт-Петербурга. Администрация Клинтона привела Трансатлантический альянс к агрессивной войне, которая разрушила Сербию (традиционного союзника России, по чьему призыву имперская Россия вступила в Первую мировую войну) и стремилась исключить Москву из постконфликтного урегулирования. Смелому британскому заместителю Уэсли Кларка пришлось не подчиниться приказу, чтобы не дать безрассудному командующему НАТО рискнуть войной и помешать российским войскам прорваться в Косово.

Западные правительства говорили о демократии и поддерживали «цветные» революции в Грузии и на Украине, странах, которые были частью Российской империи и Советского Союза. В 2008 году администрация Джорджа Буша добилась согласия НАТО на возможное членство этих двух стран в НАТО. Утверждения о том, что это обещание было несерьезным, опровергается постоянным продвижением Альянса на восток, включающим даже такие ничтожно малые страны в сфере безопасности, как Черногория и Северная Македония. В 2014 году Брюссель и Вашингтон провели кампанию по переориентации Украины, сместив экономические связи на Запад, поощряя уличный путч против избранного, хотя и коррумпированного, президента и открыто поддерживая создание нового прозападного правительства.

Все эти действия можно оправдать, но неудивительно, что их коллективное влияние на мнение в Москве – негативное. На самом деле, их фоном была претензия Америки на то, чтобы быть единовластной сверхдержавой, важнейшей нацией, которая применяет доктрину Монро во всем мире. То есть Вашингтон рассматривал планету Земля как сферу интересов Америки, настаивая на том, что США, и только США, имеют право вмешиваться в любом месте в любое время и против кого угодно по любой причине.

Такое высокомерие стало бы испытанием даже для убежденного демократа в Кремле. Представьте, как США отреагировали бы на подобные обстоятельства. Советский Союз расширяет Варшавский договор на Кубу и приглашает Канаду и Мексику присоединиться. Оказывает содействие свержению избранного проамериканского лидера президента Мексики. Осуществляет помазание новых чиновников, приемлемых для Кремля. Проводит обновление предложений о включении страны в Варшавский договор. Оказывает военную помощь в разразившемся пограничном конфликте Мексики с Америкой.

В Вашингтоне, округ Колумбия, разразилась бы буря! Повсюду стоял бы плач и скрежет зубов. Провоенные флешмобы. Лихорадочные тирады членов отряда двухпартийной войны. Слушания в Конгрессе, вебинары аналитических центров, консультации в посольствах, брифинги в Пентагоне и специальные телепередачи. Передовые статьи в газетах, мнения, комментарии в Интернете и исследования политики. Постоянно цитируется доктрина Монро – вместе с разговорами о «красных линиях», ссылками на «жизненно важные интересы» и требованиями к действию. Это был бы кубинский ракетный кризис в эпоху цифровых технологий.

К враждебности по отношению к Москве добавилась почти трогательная – хотя и откровенно лицемерная, даже ханжеская – забота о правах человека в России. Несомненно, Владимир Путин – плохой парень, он разрушил демократические и гражданские свободы. Западные правительства пылают огнем, потому что один из лидеров российской оппозиции был ошибочно заключен в тюрьму. Но они забывают, что это националист, заявивший, что «на самом деле Крым теперь является частью России» – и он может быть еще более опасным геополитическим противником, чем Путин.

Однако сравните это с обращением с КНР, претендентом на звание самого серьезного нарушителя прав человека на земле. Си Цзиньпин не проводит выборы. Скорее, он воссоздал личную диктатуру и культ личности, сопоставимый с культом Мао Цзэдуна. Си нарушает все права человека сразу: миллион уйгуров содержится в «лагерях перевоспитания»; происходит безудержное преследование всех религиозных верований, уничтожение политических свобод в Гонконге, уничтожение пекинской юридической защиты прав человека; осуществляется все более жесткая цензура в Интернете и СМИ и многое другое. Однако США заключили торговую сделку с Китаем до того, как администрация Трампа решила, что политическая целесообразность оправдывает отношение к Пекину как к врагу. Европейцы подписали инвестиционный пакт с Си всего пару месяцев назад и не присоединятся к антикитайскому крестовому походу Вашингтона.

Точно так же до недавнего времени большинство западных держав, во главе с США, демонстративно поддерживали одиозную саудовскую монархию, которая установила гораздо более полную и жестокую диктатуру, чем в Москве. Там нет ни выборов, ни активистов оппозиции, ни независимых журналистов, ни интернет-свободы, ни церквей, ни синагог. А критики нарезаются на кусочки. Даже сегодня администрация Байдена отказывается вводить санкции против любого, кто имеет значение в Эр-Рияде, не говоря уже о том, чтобы сделать режим «изгоем», как и было обещано. Запад продолжает поставлять оружие и боеприпасы, используемые королевской семьей Саудовской Аравии для убийства мирных жителей в соседнем Йемене.

Очевидно, что в политике по отношению к Китаю и Саудовскому Королевству царит прагматизм. Но вы вдруг предлагаете обдумать аналогичные соображения с Москвой? Вы, должно быть, путинский агент.

Пожалуй, самый извращенный результат этой политики – сближение Москвы и Пекина. Даже Фредерик Кемпе, президент Атлантического совета, признал, что «растущие стратегические связи России с Китаем, подкрепленные соглашением на этой неделе, являются лишь частью растущей горы свидетельств того, что подход Запада к Москве за последние 20 лет не помог добиться желаемого результата».

Однако российские «ястребы» уверяют, что кондоминиум между двумя правительствами невозможен. Или нестабилен. Или неважен. Или неустойчив. В конце концов, настаивают члены этой фракции, России больше следует опасаться агрессивного, растущего и амбициозного Китая. Эти утверждения могут быть правдой, но есть одна проблема. КНР не преследовала Россию, не относилась к ней как к врагу и не выдвигала ряд не подлежащих обсуждению требований. Отсюда и уклон Москвы на Восток.

Тем не менее, лидеры фракции «Россия как враг» утверждают, что московская элита наверняка одумается, и в ближайшее время. Все, что им нужно сделать, это признать слегка отложенный конец истории, уступить власть, отказаться от оппозиции союзным базам, окружающим Россию, покинуть Донбасс, вернуть Крым, отказаться от любых внешнеполитических целей, которые противоречат планам Вашингтона, повсюду принять западное господство и поверить тому, что те, кто давно нацелился на Россию, – ее друзья. Удачи.

Расхожее мнение, согласно которому Россия представляет собой реальную угрозу мировому порядку, в лучшем случае – неубедительно. Конечно, здесь имеется место для публичных дебатов. Иначе говоря, Россия в Атлантическом совете рассматривается как враждебная сила, которая, похоже, полна решимости подавить инакомыслие в рядах организации.

Два сотрудника AC, Мэтью Берроуз и моя бывшая коллега Эмма Эшфорд, с которой я не разговаривал с тех пор, как она ушла из Института Катона, написали вдумчивую и взвешенную статью, в которой цитируются противоречия между продвижением прав человека и национальной безопасностью, критикуют подход к Москве (в первую очередь – для соблюдения тех же прав человека) и призывают «искать стимулы, которые могут побудить Москву предпринять шаги в соответствии с интересами США».

Это скромное предложение, по всей видимости, вызвало шок и истерию в группе, которая продвигает идею «Россия как враг». Четыре дня спустя UkraineAlert – обширное царство, разбитое на многочисленные, казалось бы, полуавтономные политические вотчины, – выступила с чрезвычайным упреком под названием «Новый отчет о политике в отношении России не соответствует цели». «Статья основана на ложном предположении»,– говорится в объявлении, в котором перечислены 22 ученых, которые по-разному связаны с UkraineAlert, Центром Евразии, Атлантическим Советом и Центром стратегии и безопасности Скоукрофта.

Перечисленные участники объяснили, что «мы не согласны с его аргументами и ценностями, и мы отмежевываемся от отчета». Несколько подписавших анонимно сняли с себя бремя в издании Politico, выразив безудержное презрение к инакомыслию Эшфорда/Берроуза. Также они ужаснулись тому, что AC принял финансирование от Фонда Коха, хотя AC с энтузиазмом собирает чеки от иностранных интересантов и американских производителей оружия, которые (внимание, спойлер!), как правило, не являются сторонниками сдержанности и мира – по крайней мере, для Америки.

Члены группы «Россия как враг» из Атлантического совета не единственные в своей нетерпимости к инакомыслию. Официальный Вашингтон в основном разделяет мнение о том, что любой аргумент в пользу того, чтобы относиться к России с чем-либо, кроме постоянной враждебности, не просто ошибочен, но настолько извращен и гнусен, что его не следует обсуждать в приличной компании. Эта группа не хочет, чтобы американцы знали, что существуют серьезные политические альтернативы постоянному вмешательству, санкциям и войне.

Политические деятели Вашингтона обычно отвергают обвинения в групповом мышлении и настаивают на том, чтобы окружающие поддерживали инакомыслие и дискуссии. Однако противоречия AC и пренебрежительные комментарии, выделенные Politico, опровергают такие утверждения. Помимо выражения незначительных разногласий по поводу конкретных средств, любой, кто сомневается в более широких целях, таких, как сохранение главенства и осуществление господства, рискует оказаться постоянным аутсайдером – в том числе, по-видимому, в своем собственном учреждении.

Источник