15 лет неудачных экспериментов: мифы и факты об израильской блокаде Газы

22.07.2022
За мнимо патриотической риторикой Израиля о борьбе за национальный интересы и суверенитет скрывается банальная агрессия против мирного населения Газы.

Прошло пятнадцать лет с тех пор, как Израиль ввел полную блокаду против сектора Газа, подвергнув почти два миллиона палестинцев одной из самых длительных и жестоких политически мотивированных блокад в истории. Израильское правительство тогда оправдывало свои действия как единственный способ защитить свою страну от палестинского «терроризма». Это остается официальной израильской линией по сей день. Не многие израильтяне – конечно, не в правительстве, а, например, представители средств массовой информации или даже обычные люди – будут утверждать, что Израиль сегодня в большей безопасности, чем это было до июня 2007 года.

Широко известно, что Израиль ввел блокаду в качестве ответа на захват сектора силами ХАМАС после короткой и ожесточенной конфронтации между двумя главными палестинскими политическими соперниками: ХАМАС, который в настоящее время правит Газой, и ФАТХ, доминирующим в Палестинской администрации на оккупированном Западном берегу. Однако изоляция Газы была запланирована за годы до столкновения ХАМАС-ФАТХ или даже победы ХАМАС на парламентских выборах в январе 2006 года. Покойный премьер-министр Израиля Ариэль Шарон был полон решимости вывести израильские войска из Газы за несколько лет до этих дат.

То, что в конечном итоге привело к уходу Израиля из Газы в августе-сентябре 2005 года, было предложено Шароном в 2003 году, одобрено его правительством в 2004 году и, наконец, принято Кнессетом в феврале 2005 года. «Разъединение» было израильской тактикой, целью которой было вывести несколько тысяч незаконных еврейских поселенцев из Газы – в другие незаконные еврейские поселения на Западном берегу – при одновременной передислокации израильской армии из густонаселенных населенных пунктов Газы в приграничные районы. Это было фактическое начало блокады последней.

Вышеупомянутое утверждение было ясно даже Джеймсу Вулфенсону, который был назначен «четверкой» по Ближнему Востоку Специальным посланником по разъединению в Газе. В 2010 году он пришел к аналогичному выводу: «Газа была фактически отрезана от внешнего мира после ухода Израиля... и гуманитарные и экономические последствия для палестинского населения были глубокими».

Конечным мотивом «разъединения» была не безопасность Израиля и даже не желание уморить голодом жителей Газы в качестве формы коллективного наказания. Последнее оказалось результатом гораздо более зловещего политического заговора, о чем сообщил тогдашний старший советник Шарона Дов Вайсгласс. В интервью израильской газете «Гаарец» в октябре 2004 года Вайсгласс прямо заявил: «Значение плана разъединения заключается в замораживании мирного процесса». Как? «Когда вы замораживаете (мирный) процесс, вы препятствуете созданию палестинского государства и препятствуете обсуждению положения беженцев, границ и статуса Иерусалима», – считает Вайсгласс. Мало того, что это было конечной целью Израиля, стоявшего за разъединением и последующей блокадой Газы, но, по словам опытного израильского политика, все это было сделано «с президентского благословения и одобрения обеих палат Конгресса». Президент, о котором здесь идет речь, – не кто иной, как тогдашний президент США Джордж Буш-старший.

Все это происходило до выборов в законодательные органы Палестины, победы ХАМАС и столкновения ХАМАС-ФАТХ. Последнее просто служило удобным оправданием для того, что уже было обсуждено, «ратифицировано» и реализовано. Для Израиля осада была политической уловкой, которая со временем приобрела дополнительный смысл и ценность. В ответ на обвинение в том, что последний морил голодом палестинцев в Газе, Вайсгласс очень быстро придумал ответ«Идея состоит в том, чтобы посадить палестинцев на диету, но не заставлять их умирать от голода».

То, что тогда было воспринято как шутливое, хотя и бездумное заявление, оказалось реальной израильской политикой, как указано в докладе 2008 года, увидевший свет в 2012 году. Благодаря израильской правозащитной организации Gisha были обнародованы «красные линии (для) потребления продуктов питания в секторе Газа», составленные израильским координатором правительственной деятельности на Территориях. Выяснилось, что Израиль рассчитывал минимальное количество калорий, необходимое для поддержания жизни населения Газы, и это число «учитывало культуру и опыт» сектора.

Остальное – история. Страдания Газы являются абсолютными. 98% воды Газы непригодно для питья. В больницах не хватает предметов первой необходимости и жизненно необходимых лекарств. Въезд и выезд из Газы практически запрещен, за небольшими исключениями.

Тем не менее, Израиль с треском провалился в достижении любой из своих целей. Тель-Авив надеялся, что «разъединение» вынудит международное сообщество пересмотреть правовой статус израильской оккупации Газы. Несмотря на давление Вашингтона, этого так и не произошло. Газа остается частью оккупированных палестинских территорий, как это определено в международном праве. Даже объявление Израилем сектора Газа в сентябре 2007 года «вражеским образованием» и «враждебной территорией» мало что изменило, за исключением того, что это позволило израильскому правительству объявить несколько разрушительных войн в секторе, начиная с 2008 года.

Ни одна из этих войн не принесла успеха долгосрочной израильской стратегии. Вместо этого Газа продолжает сопротивляться в гораздо больших масштабах, чем когда-либо прежде, расстраивая расчеты израильских лидеров, как стало ясно из их сбивчивых, тревожных формулировок. Во время одной из самых смертоносных израильских войн в секторе Газа в июле 2014 года израильский правый депутат Кнессета Айелет Шакед написала в Facebook, что война была «не войной против террора, не войной против экстремистов и даже не войной против Палестинской администрации». Вместо этого, по словам Шакед, которая год спустя стала министром юстиции Израиля, «...идет война между двумя врагами. Кто этот враг? Палестинский народ».

В конечном счете, правительствам Шарона, Ципи Ливни, Эхуда Ольмерта, Биньямина Нетаньяху и Нафтали Беннета не удалось изолировать Газу от остальной палестинской земли, сломить волю людей или обеспечить безопасность Израиля за счет палестинцев.

Более того, Израиль пал жертвой своего собственного высокомерия. Хотя продление блокады не принесет никакой краткосрочной или долгосрочной стратегической пользы, ее отмена, с точки зрения Израиля, была бы равносильна признанию поражения – и могла бы дать палестинцам на Западном берегу возможность подражать модели Газы. Это отсутствие определенности еще больше усугубляет политический кризис и отсутствие стратегического видения, которые продолжали определять поведение каждого израильского правительства на протяжении почти двух десятилетий.

Политический эксперимент Израиля в Газе неизбежно привел к обратным результатам, и единственный выход – это полное снятие блокады с Газы, и на этот раз навсегда.

Источник